Что-то здесь было не так. Определенно.
— Это какая-то шутка?
— Разве столь громадная сумма может казаться шутейкой?
Ангел помотал головой. Но что же это тогда? Заговор? В доме находился шпион, когда они болтали в тот день? Если да, то кто? Дэрил, этот хилый дворецкий, слишком туп и молод для подобной грязи. Служанки готовы продать свою душу за червонную монету, но чересчур трусливы и на столь опасный шаг не пошли бы. Остается охранник? Но он несуразен. Как он мог найти заковырку и момент кинуть в карман злосчастную записку?
— Что вы хотите, чтобы я сделал за эту плату?
— Ничего.
Шпион вскинул бровь.
— Простите?..
— Да, вы все верно услышали. Я хочу, чтобы вы ничего не делали из приказов Бога. Мне нужно, чтобы вы стали наблюдателем.
— Вы издеваетесь?! — от недовольства голос киллера на миг стал женственно тонким. — Он поручил мне заказ. Уже.
— Именно! И данную слежку нужно оборвать. Несите всякий бред, растягивайте момент, когда должны завершить задание и рассказать своему господину об Адите Льюис. И плевать, что вы живете неподалеку от неё.
— Это... это невозможно, — Ангел перебирал альтернативные варианты развития действий, каждая из которых была провальной. — У него чуйка на ложь. Он поймет, что я вру.
— Насчет этого можете не беспокоиться. Мы будем держать его в узде.
«Держать в узде? Кого? Бога?» — шпион обомлел. Разве такое возможно — контролировать столь могущественного, как его хозяин?
— Вы... хотите защитить эту девчонку?.. — осторожно спросил киллер.
Собеседник нервно выдохнул. Ангел понял, что заданный вопрос незнакомцу не понравился.
— Разве вас беспокоит ее судьба?
— Меня беспокоит, в чем заключается причина интереса к Диане, — объяснил шпион, нервно теребя рукава накидки. — Бог сказал мне следить за ней и выяснить кое-что насчет ее прошлого. И, к слову, это задание уже завершено. — Ангел выдохнул. — Я знаю, что она...
— Вы должны скрыть это от Бога, — грубо перебил голос. — А еще было бы замечательно, если б вы убедили его в том, что Диана абсолютно чиста.
Киллер задумался. О себе, своем будущем и Боге. И Ангел не знал, какой путь выбрать.
— Вы хотите, чтобы я стал предателем? — сиплым голосом спросил Ангел. Горло першило. Во рту было сухо.
Собеседник за перегородкой рассмеялся.
— Скорее я предпочитаю, чтобы вы временно сменили роль ангела на чертенка.
***
— Помни, Ади: уважение начинается со страха!
Пускай слова были сказаны с нотками угрозы в голосе, Ади Маквиллен не мог сдержать смеха.
— Чего ты смеёшься? — Джилл надула пухлые губки, тронутые бледно-коралловой помадой.
Ади устало выдохнул. Даже здесь, сидя в беседке, доносящаяся из дальнего особняка музыка, как ядовитая змея, скользила где-то в траве, в ожидании цапнуть кого-нибудь за ногу.
— Терпеть не могу такую музыку.
— Может, поэтому твоя семейка тебя ненавидит? Ты мог хотя бы изобразить любопытство к подобному, тем самым заставить их забыть о своем происхождении.
Маквиллен яростно посмотрел на девушку. Будучи рожденным от самой обычной служанки, юношу никогда не принимали за аристократа. И пускай его все же считали за человека — у него был и кров, и еда, и получал образование, — этого мало. Чертовски мало, ибо уважения к себе он не чувствовал даже от самого никчемного слуги.
— Не смотри так на меня! — ответила подруга. — Ты сам виноват, что оказался в этом положении.
Сидящая рядом Джилл Валентайн успела поразить каждого мужчину на сегодняшнем балу. Маквиллен мечтательно закрыл глаза, вспоминая танец. Увы, партнером был отец Джилл со своими противными закрученными вверх усиками. Хотя, по сути им мог оказаться кто угодно, только не Ади.
Маквиллен вычеркнул из памяти силуэт главы семейства Валентайн и вписал вместо него себя. Танцуя в буквально невесомом длинном белоснежном платье, казалось, что Джи парила воздухе. И, ласково прикоснувшись к ее тонкой спине, они кружили среди медовых, тягучих звуков.
Ади точно отвлекся бы от правильности в движениях. От одного представления голубоглазой красавицы рядом, его голова шла кругом. Он свалился бы на отполированный до блеска паркет, если б уловил исходящий от ее тонкой шеи аромат цветочных духов. Представляя лицо девушки, Ади однозначно не смог бы стерпеть и нежно ее поцеловал бы при сотни свидетелей.