Ее хрупкая, тонкая ладонь накрыла его руку. Бережно убрав за ухо торчащую прядь длинных каштановых волос, Валентайн продолжила:
— Ты должен бороться за статус, Ади. Ты просто обязан это сделать!
— Бороться... я ж не буду убивать всех подряд за это никчемное наследство, Джи! Я — не убийца!
— А ты будь! — воскликнула Джилл.
Хмурый взгляд юноши остановился на небесных глазах девушки.
— Ади, я единственная дочь семейства Валентайн, — уже более спокойно молвила она. — Отец, как и абсолютно любой глава нашей аристократии и высшей элиты, не видит во мне человека. Я родилась без члена, Ади! В этом заключается моя главная проблема, — Джилл нервно вздохнула. — Рано или поздно он выдаст меня замуж за богатого наследника какого-нибудь рода. Мои родители на грани разорения, Ади. И неважно кто будет моим мужем. Отец увидит выгодную сделку и возможность замять долги — и я вмиг стану разменной монетой. Поэтому..., — голос девушки дрогнул, — поэтому, пожалуйста, Ади, я тебя очень прошу... не дай этому случиться! — она стала говорить неуловимо тихо. — Я хочу выйти за тебя. Я хочу стать Маквиллен. Я люблю тебя, Ади! Ты ведь сам знаешь, как сильно я тебя люблю...
— Твой отец меркантилен, Джи. Ты знаешь это лучше меня.
— Поэтому тебе следует стать тем, кто сдается в попытках остаться человеком. Люди уже давно не люди. Люди уже давно забыли о том, что такое человечность. Вся наша элита состоит из грязи.
Маквиллен нервно выдохнул. Он знал это лучше Джилл и кого-либо на свете. Ему приходится считаться бастардом, потому что родившая его женщина не благородных кровей. И поэтому стал жертвой случайного полового акта.
— Иногда мне кажется, что было бы намного лучше, если б моя мать выжила во время родов, — молвил парень. — Мы бы точно сбежали, не стали бы терпеть. Лучше б я жил в какой-нибудь забытой Богом деревне.
— Я б тоже хотела быть обычной девочкой, — тяжко выдохнула Джи. — Тогда мне бы не пришлось зубрить книжки по этикету. А ещё я бы точно сделала стрижку. Мама говорит, что женщин-аристократок красят длинные волосы и широкие бедра. Она где-то читала, что мужчины подсознательно подстраиваются на это, думая, что женщины с такими внешними данными дают здоровое потомство. Вот сделала б каре и без каких-либо опасений гуляла по городу!
— Я люблю твои длинные волосы, Джи. И я это говорю, не имея ввиду, что ты инкубатор, созданный для хорошего потомства, — Маквиллен широко улыбнулся.
Здесь, оказавшись среди чудесных особняков с точеными балконами, колоннами и аркадами, с цветущими клумбами и зелеными газонами, нашли друг друга две души, которым это место не подходило от слова совсем. Воздух был здесь солнечным и золотистым, испепеляя их кожу. По решеткам и стенам тянулись плющи, отравляя им дыхательные пути.
— Уважаемая Джилл Валентайн! Уважаемый Ади Маквиллен!
Внезапно раздавшийся голос заставил обоих подпрыгнуть. Обернувшись, они заметили тринадцатилетнего мальчугана, радостно бегущего к ним с дальнего холма. Его помятый смокинг издалека бросался в глаза. Наполненный счастьем взор темно-голубых очей был направлен в основном на юношу.
— Господи, — устало вздохнула Джи, — и этот неряха — будущий наследник великого рода Гарсия?!
— Видишь: на него не орут за помятую одежду, как, например, бывает с нами, — завершил ее мысль юноша.
— И какого черта ему от нас надо? Его разве не учили, что в аристократии нет такого понятия, как «дружба»? — Джилл закатила глаза. — Этот Амадео меня до смерти раздражает.
Уголки губ Маквиллена приподнялись.
— По твоей логике и любовь нам не нужна, — сказал юноша, за что Валентайн его больно ущипнула за руку. Бастард ойкнул. Нахмурившись, он продолжил диалог: — Не все у него так гладко как кажется, Джилл, — взгляд Маквиллена оценил способность бегущего к ним мальчугана расслышать их разговор. Обернулся посмотреть, нет ли лишних ушей в саду. Когда юноша удостоверился, что шансов утечки нет, продолжил: — Знала ли ты, что он любит нырять в воду?
— Да, вроде доходили слухи.
— А знала ли ты, что таким образом он хочет покончить с собой?
Джилл ахнула.
— Ничего себе. И чего ему только не хватает?!
— Может, того же, что и нам?
Валентайн с недоверием посмотрела на своего возлюбленного.
— Ты ведь понимаешь, что даже у него нет шансов победить выстроенные веками правила? Так что прекрати играть в близкую мужскую дружбу, Ади. Займись делом.
— Мы с ним очень похожи, Джи. Ему настолько не хватило любви, что он буквально летит на ее малейшие проявления. Я ее тоже не получал, но, в отличие от него, привык плыть по течению, — молвил Ади и, заметив, что Амадео доходит до них, напоследок бросил: — Он хочет дружбы? Без проблем, я ее дам. Однако взамен буду использовать так, что мало не покажется.