Дэрила Салас.
Нового помощника Бога и его правую руку.
***
— Ты в курсе, что я могла бы тебя опозорить?
Адита была зла. Зла до чертиков. Ее выводил из себя факт того, что ее отвлекли от свободного дня. Вновь. Но на сей раз Мэттью.
— Опозорить? За что?
— По-твоему, я просто так пустила слушок, что на меня напали? Котелок не варит, Мэтт? Если б я промолчала, то многие подумали, что это ты на меня поднял руку, учитывая наши очень гладкие отношения, — сарказм в речи Ди бил по больному.
Мэтт замер. Думая, пригласив бывшую девушку на ужин, чтобы наконец попрощаться друг с другом, что-то пошло не так. Конечно, с определенного момента: когда парень упомянул, что Адита ведет себя как высокомерная мразь.
— Не жду каких-либо благодарностей, — продолжала добивать Ди, — но сейчас ты ведешь себя просто ущербно.
— Чего? Ущербно?.. А, по-твоему, я должен был в ножки бухнуться?
— Ну, во всяком случае, не называть «высокомерной мразью». Будь я правда высокомерной, то ты лишился бы работы в тот же день. Ну или когда поцеловал меня на заднем дворе офиса.
Губы Мэттью сжались в тонкую полоску.
— Теперь мне даже жаль, что я потратил много времени на такую девушку, как ты.
— На такую «высокомерную мразь»? — Ди усмехнулась.
— Именно.
Парень на миг закрыл глаза. Он пытался понять, когда же позволил себе пойти по неправильному пути. Когда в голову пришла идея убить время, встречаясь с девушкой? Когда она его по-настоящему заинтересовала? Когда они расстались, а он лишь сильнее к ней привязался?
Взгляд Мэттью остановился на эклерах, которые лежали на тарелке Ди. Они так и оставались нетронутыми.
— Почему ты не кушаешь?
— Аппетита нет, — сухо отрезала девушка. Демонстративно зевнув, она молвила: — Слушай, Мэтт, если тебе нужно что-то сказать, то говори. У меня не так много времени. Вчера я простыла, и вместо постельного режима мне пришлось тащиться сюда, к тебе. Я домой хочу.
Парень тяжко выдохнул. Он знал, что сам виноват. Он знал, что виноват в том, что влюбился в ту, кого толком не знает; ведь Ди оказалась той, кто его поборол. Кажется, это называют «спрятался в норке у тигра, убегая от лисичек»?
— Я бы хотел попросить у тебя прощения за все. И поблагодарить. Эти отношения были..., — парень запнулся, однако, нервно коснувшись шеи, продолжил: — очень сложными. И для меня, и для тебя. Мы оба оплошали. Я забивал тобой свои проблемы. Ты предпочитала скрывать свое настоящее «я» под маской.
— Мы оба слишком эгоистичны для отношений, — подтвердила Адита. — И, думаю, ты должен прекратить преследовать меня.
— Черт, опять переводишь стрелки! Можно хотя бы один раз уступить и по-человечески поговорить?!
— Так я и говорю, — девушка пожала плечами. — Даже если тебя так цепляет наличие другого человека рядом со мной, то лучше просто пожелать нам протянуть тысячу сраных лет, а не лезть не в свое дело. Ты мне никто, Мэттью.
Уголки губ парня дрогнули. Ди не поняла, пытается он улыбнуться или старается не нахмуриться.
— Ты всегда был никем для меня.
Мэтт вздрогнул. Их отношения с самого начала смахивали на жалкий третьесортный романчик. И дураку было ясно, во что все выльется под конец. Однако парень не рассчитывал, что победителем станет Адита.
— Мы оба смотрим на любовь одинаково: для нас это просто игра, — произнес юноша, медленно встав изо стола. — Таким людям, как мы, любить не дано. Однако, — быстренько накинув на себя серое пальто, парень сказал, шипя сквозь зубы: — Я желаю вам двоим всего, блять, самого лучшего. Я надеюсь, вы протянете тысячу сраных лет.
Парень окинул Ди полным сожаления взглядом. Та сверлила его абсолютным равнодушием.
— Если что, я все оплатил.
— Надеюсь, что через день я увижу не бывшего молодого человека, а своего коллегу по работе, — не в тему сказала Ди.
Мэттью молча кивнул. Обернувшись к девушке спиной, он направился к выходу.
— Ты ведь понимаешь, что я не побегу за тобой, как в тот раз? — громкий голос Ди заставил его вздрогнуть от неожиданности.
Парень вздохнул. Сжал руку в кулак. Тяжко сглотнув, шепотом вымолвил: «Да», которое Ди не услышала. Но, главное, услышал он.
Решительным шагом он вышел из кафетерия, где так часто проводил время с Адитой Льюис. Было холодно. Шел дождь. А Мэттью отчего-то ощущал себя до дрожи в теле свободным. Наверное, потому, что за ним никто не побежит.
***
— Как он? — с порога спросил белобрысый слуга.
Вышедшая из комнаты Ханна была бледна как мел. Пожав плечами, она одними губами сказала:
— Недавно проснулся. Скорее всего, обморок был из-за переутомления. В любом случае я надеюсь, что ему станет лучше, Жан.