Девушка решила ничего не отвечать. Рано или поздно она и Себастьян попрощаются, расстанутся, отрежут нити, связывающие их, если они вообще существуют. Людям свойственно врываться в чью-то жизнь, а потом уходить. Время течет своим чередом, а образ некогда близкого человека становится настолько размытым, что в один из дней ты улавливаешь себя на мысли: «Я совершенно не помню, как он выглядит». И вся соль не в том, что ты постепенно начинаешь забывать. Просто время позволяет понять, что в нашей жизни действительно имеет значение, а что больше совершенно не важно. И у каждого есть свои приоритеты.
Увы, со своими Ди не могла разобраться, но одно знала точно: любовь делает человека уязвимым. И подобные чувства ей и даром не нужны.
С Себастьяном у нее нет ничего общего. Он — человек тонкий, уязвимый, творческий; к слову, такие люди непостоянны, как и их искусство. Она же любит стабильность, материальные блага и свободу. У них нет и не может быть точек соприкосновения. И нет, противоположности не притягиваются. Партнеры должны в первую очередь друг другу наставниками, соратниками и учителями, а потом уже любовниками.
Таково было мнение Ди. И оно однозначно не могло совпадать с мировоззрением платинового мальчика.
«Игнорируешь меня?» — вновь написал Себастьян.
Парень, похоже, помнил, как Ди как-то говорила ему о том, что засыпает поздно. Это почему-то показалось ей милым, однако Льюис заставила заглушить в сердце столь непонятные ей чувства.
«Вообще-то я на тебя обижен», — никак не унимался блондин.
Наплевав на собственные наставления, Адита напечатала: «На меня? За что?»
«Я ненавижу, когда мне грубят, Ди», — ответ не заставил себя долго ждать.
«Грубить? Когда я успела?» — Льюис всерьез принялась перебирать воспоминания в голове, в попытках наткнуться на причину обиды Себастьяна.
«Черт, ладно, забей. Пишу по другому поводу. Можем встретиться? Нам есть о чем поговорить».
Это сообщение выбило Ди из колеи. Живот заныл из-за внезапно возникшего спазма, а сердце настолько бешено стало стучать, что девушка начала задыхаться. Страх. Ее вновь поглощал животный страх. «Неужто я реально что-то ляпнула?» — Льюис обессиленно выдохнула, схватившись за голову.
«Что-то не так?» — Адита зажмурила глаза в надежде, что это все ей просто снится. Она все думала: «Если что, я ведь смогу заставить его молчать?!»
«Да», — ответ последовал сразу. — «Я как раз стою перед подъездом. Выйдешь?»
Это заставило Ди вскочить с места и, накинув на себя куртку, выбежать из квартиры, тихо закрыв за собой дверь.
***
— Дэрил, к господину Ангел пришел.
Юноша нервно выдохнул. Больше всего на свете он не желал встречаться с этим мрачным типом в столь нагруженные дни. Оставив на столе документы, дворецкий последовал в кабинет Бога. Бросив на Жана, который принес не самую благую весть, уставший и жалобный взгляд, юноша, недовольно ворча себе под нос, поднялся на второй этаж.
Увидев, что незнакомец в черном как раз стоит напротив кабинета его господина, Дэрил невольно сглотнул. Салас мог положить руку на Библию и поклясться всеми богами мира, что этот незнакомец однажды пронесет в особняк гранату с целью прикончить его. Пускай лица не было видно из-за мешковатого капюшона, однако взгляд Ангела мысленно пронзал Дэрила тысячью стрелами.
Дворецкий поспешил зайти в кабинет, поскорее проводить мистера-непонятного-капюшончика и свалить туда, куда глаза глядят. Кивнув Ангелу в качестве приветствия, Дэрил дважды постучал в массивную деревянную дверь.
— Да? — послышался ровный голос Бога.
— Господин, у вас просит аудиенцию Ангел. Впустить?
— Хорошо, пускай входит, — ответил хозяин, после недолгого молчания.
Дэрил, открыв дверь, чуть поклонился незнакомцу. Проходя мимо него, последний, громко хмыкнув, холодно произнес дворецкому фразу, из-за которой коротко остриженные волосы на голове Саласа встали дыбом. Сглотнув, он медленно, еле-еле закрыл за незнакомцем дверь, будто она сделана из металла. Отскочив от кабинета, Дэрил ринулся в туалет, чуть не сбив с пути служанку, тащащую тележку грязного белья.
«С новой должностью тебя, крысеныш», — слова Ангела не выходили из его головы.
Откуда он, черт возьми, мог знать?!
***
— Ничего себе. А ты, оказывается, чемпионка по бегу.
Запыхавшаяся, Ди уставилась на вполне спокойного Себастьяна.