Сами ворота не произвели на Славку особого впечатления, здоровые конечно, но вот мимы на площади те гораздо интереснее этой каменной громадины. И туристы. Славка вообще любил людей и одиночество. Странное сочетание, скажете? Но это только на первый взгляд. Есть особый вид одиночества — оставаться собой в огромной толпе, именно в таком шумно-людном одиночестве Славка чувствовал себя особенно счастливым.
Рассматривая туристов с фотоаппаратами Славка завистливо вздохнул. Вот бы ему такой. О фотоаппарате мальчик мечтал с детства, но такая роскошь была, увы, его родителям не по карману.
Красивая, молодая женщина в длинном, черном плаще, прицелилась, глядя в объектив, разочарованно вздохнула и опустила фотоаппарат так и не нажав кнопку. Сняв с плеча здоровый рюкзак она стала рыться в его недрах и, неожиданным образом, извлекла оттуда часть фотоаппарата. На самом деле она конечно просто достала запасной объектив, но откуда Славке знать такие тонкости? Он понятия не имел, что эти объективы бывают разные. Положив вытащенный объектив прямо на рюкзак, женщина, хотя скорее девушка лет двадцати пяти, стала деловито откручивать другой объектив с фотоаппарата. Заинтересованный происходящим Славка подвинулся поближе, желая рассмотреть, что же такое она достала из рюкзака, неужели фотоаппарат сломался, а она сама прямо здесь чинить его будет? К сожалению на площади перед Бранденбургскими воротами полно туристов. Суетятся, толкаются в любое время дня в тщетных попытках сделать фото с нового ракурса. Смешные. Один из таких туристов толкнул Славку, нечаянно конечно, а мальчишка, в свою очередь, раскинув руки в тщетных попытках побороться с земным притяжением, упал прямо на рюкзак незнакомки. Объектив, мирно лежавший на рюкзаке, соскользнул и, ударившись об асфальт, издал подозрительный звон, не предвещающий ничего хорошего. Хорошая оптика это стекло, а стекло, как известно, вещь хрупкая, совершенно невыносящая валяния по немецкому асфальту, собственно асфальт любой национальности стеклу противопоказан.
Славка, ещё не осознав толком что натворил, поднял глаза и наткнулся на сердитый взгляд незнакомки. Такой он и запомнил эту молодую женщину: сердитой и очень красивой. Попроси кто описать её он бы, пожалуй, провалился, не сумел. Ну как можно описать красоту? Она же просто красота и всё тут.
Славка мог бы влюбиться во второй раз в своей жизни, но обстоятельства были уж больно неподходящими.
- Ну, ты понимаешь, что ты натворил, бездельник? Оставил меня без широкоугольника в самый неподходящий момент. Как я теперь буду снимать?
- Простите, меня, пожалуйста. — Славка даже не осознал, что каким-то непостижимым образом понимает всё, что говорит незнакомка. Значит она русская? — Я скажу родителям, они вернут Вам деньги, только не сразу. У нас пока плохо с деньгами, а эта штука она дорогая наверное? Но мы вышлем обязательно, вы только адрес дайте. По частям, но вышлем.
- Очень хорошо устроился, объективы незнакомым девушкам бьешь ты, а платят родители. Да ? Просто отличненько.
- Ну я же школьник ещё, не работаю пока. А все деньги из копилки я родителям отдал, им надо много денег мне на операцию.
Славка сам не знал зачем вспомнил эту дурацкую операцию, никому про неё не говорил, не любил когда его жалели, а тут словно само вырвалось. Под этим пронзительным, сердитым взглядом врать было совершенно немыслимо, хотя врать Славка в принципе не любил.
- Сам отдашь, — сказала как отрезала незнакомка, — учись отвечать за собственные поступки. И не деньги, а объектив. Купишь и принесешь сюда, на площадь. В это же время, скажем ээээ... — Незнакомка окинула Славку взглядом словно примериваясь, размышляя сколько бы ему времени дать. — Через двадцать лет. Запомнил?
Славка молча кивнул, не понимая что же такое говорит незнакомка, как это через двадцать лет? Это ж куча времени, бред какой-то. К тому же он может и живым то не будет через эти далекие двадцать лет. Природная честность требовала предупредить странную женщину о возможном раскладе.
- Понимаете, через двадцать лет я наверное уже мёртвый буду. Доктор говорил, даже при удачном исходе операция эта лет десять мне подарит, не больше. Давайте через десять лет встретимся? Я за десять лет накоплю денег. А лучше пошлю Вам, переводом. Я ведь не в Берлине живу, далеко отсюда.