Расставание было тяжёлым ударом для него, он считал её своей женой, хотя она категорически не хотела расписываться с ним, да и прожить вместе шесть лет - ни «хухры-мухры». Но у неё оказались свои большие, скрытные тараканы в голове и надо же, ничего об этом она не говорила ему, у него не было повода к ней ревновать или думать о расставании. Подходило время второго отпуска и добравшись до Мурманска Нина резко изменилась и объявила, что увольняется, Сергей согласился с ней и получив вместе расчёт на работе и свои сберкнижки с военными билетами, они отказались подписывать новый контракт, отправились в гостиницу при институте и заселились временно в номера, вместе заселять их отказались. Через два дня они снялись с воинского учёта и в милиции получили долгожданные листки убытия с паспортами. Она вечером сказала, что ей надо поехать к знакомой в городе и предупредила, что у неё задержится пусть он не переживает, а поскольку был полярный день он её отпустил одну. Она забрала свой военный билет и выписавшись из номера гостиницы ушла, а точнее поехала в аэропорт в Мурмаши и первым же рейсом вылетела в Москву, самолёты летали каждый час. Из аэропорта Домодедово она отправила ему телеграмму в гостиницу, в ней было напечатаны слова, на приклеенной желтоватой ленточке:
«Серёжа милый прости меня если сможешь тчк Я больше не могу быть с тобой тчк Не ищи меня Нина тчк»
Он не понял, перечитал ещё раз текст и до него всё же дошло, но он вбил почему-то себе в голову, что кто-то её похитил, верить, что она его бросила не хотелось, поэтому побежал на почту и телеграммой вызвал маму подруги на завтра на переговоры, в милицию пока решил не обращаться, трёх дней ещё не прошло. В Новосибирске у её родителей не было тогда домашнего телефона и на следующий день в кабинке на почте, мама Нины вбивала в его голову гвозди размеренно чеканя:
— Нина уже прилетела и отдыхает, — а потом добила его — Вы не расписаны, и она официально не твоя жена. Да, она ушла от тебя, ты её прости, не держи зла и не прилетай к нам пожалуйста. Я тебя прошу больше не беспокой её и нас. Нина с детства была странной девочкой. Ты хороший, умный, молодой парень, найдёшь себе кого-нибудь получше, ты же не на зимовке, девчонок полно.
- Сука, - произнёс Серый, - и повесил трубку. Пережил предательство стойко, не стал напиваться, выписался из гостиницы и вылетел домой как в тумане, оставаться одному в Мурманске было невыносимо.
У здания аэропорта в Мурмашах, Серый стоял и курил сигарету за сигаретой, не замечая этого. Светлый день вдруг превратился в вечер, погода, разгадав его настроение, быстро затянуло всё небо большими свинцовыми низкими облаками, задул не сильный ветерок и пошёл снег.
Он взглянул на небо и раздвинул губы в унылой улыбке и тихо прошептал:
- Падай, падай белый пушистый снег, заносили мои печали большими сугробами. Похорони под ними мою грусть, заморозь мою тоску и хандру, пусть покроет белым стылым покрывалом мои неудачи. И когда зазолотит солнышко, ничего этого не должно остаться. А у меня дорожка дальняя, в тёплые ласковые края, где я, приобрету своё новое счастье».
*****
Прилетев домой рассказал всю правду родителям и отдал маме деньги, позже они решили купить машину, и он с отцом на авторынке взяли новую Ладу «пятёрочку», но радости не было. Мама нашла какую-то бабушку и принесла домой заговорённую водичку в пол литровой стеклянной бутылке, принимая бабулино зелье его потихоньку отпустило, ушла пустота и появился интерес к жизни, до этого он валялся на диване и делал вид что читает книги, вспоминая былую жизнь с Ниной. Пора было начинать учиться жить холостяцкой жизнью, мама водила его в гости к своим подругам у которых были дочери на выданье, пыталась его растормошить, но он не замечал прекрасных красивых девчонок, самые красивые девушки живут в Алма-Ате, так считал Серый. За полгода пришедший в себя, и оклемавшийся Серёга вошёл в очередной виток жизни. В начале января 1991 года, встретил своего сослуживца ещё по армии, он был капитаном и служил пограничником на заставе озера Зайсан, у него был отпуск, и он был разведённым, домой к себе Тамбов он ехать не хотел и мужики пошли по бабам. Он то его и сосватал пойти в спецназ, объяснил к кому надо занести презент и подать документы на рассмотрение, Серый так и сделал, а они оторвались с товарищем по полной. Сергей, проводив холостяка на службу и ожидая результатов проверки подрабатывал на извозе в Алма-Ате, когда в конце мая ему пришёл приказ явиться на медкомиссию для освидетельствования в связи с призывом на военную действительную службу. В девяносто первом году в июне месяце его зачислили в Алма-Атинскую кадрированную часть специального назначения при «КГБ СССР», по сути не отряд, а кучка технарей для обслуживания аппаратуры и техники, поступающей из Афганистана, что-то ставить на консервацию сразу, а что-то перевозить на модернизацию на завод «Алатау». Новая структура была создана в духе разоружения страны и его зачислили на должность заместителя начальника узла связи. Небольшой численный состав еле-еле дотягивавший до взвода проходил ускоренную подготовку на базе Алма-Атинского погранучилища. В подразделение набрали людей из гражданских не старше тридцати лет, после тщательных проверок и физического отбора, но странное творилось в стране, ждали каких-то перемен. Подготовка сотрудников длилась шесть месяцев, им платили исправно зарплату, выдали форму только, что поступившего камуфляжа «бутан» в офицерском исполнении и до аттестации они имели армейские звания согласно срочной службы, но в конце года должны были одеть уже офицерские погоны.