Не доверяя собственным глазам, я встала и обошла все кругом, проверяя, верно ли мое первое впечатление. Оказалось, верно. Никого не было. Впрочем, я и не ожидала здесь никого обнаружить. На дворе стояла глубокая ночь. Было так тихо, что у меня зазвенело в ушах. Весь дом давно спал.
Я немного постояла, раздумывая, что же могло меня разбудить. Я не имею привычки просыпаться посреди ночи непонятно от чего. Обычно, я сплю как убитая. Странно. Впрочем, в свете последних событий это неудивительно. Нервишки шалят.
Повернулась к кровати и вновь застыла. Повторяю, тишина в доме стояла поистине мертвая. И в этой тишине я вдруг услышала чьи-то осторожные шаги. Кто-то тихо крался к спальне, так как шаги звучали все ближе и ближе.
Я похолодела. После случившегося разумные объяснения не приходили мне в голову. Я не решила, что это кто-нибудь из припозднившихся слуг, либо хозяева, по каким-либо причинам отсутствовавшие. Да, мало ли, какие причины могут быть у человека, чтобы тайно покинуть дом! Но ничего такого мне на ум не пришло, хотя чуть раньше я в первую очередь подумала бы именно об этом. Сейчас я была уверена в одном. Это идет убийца. Убийца — и точка.
Сперва мне захотелось завизжать на весь дом. Голос у меня громкий, кто-нибудь наверняка услышит. Это была хорошая идея, самая стоящая из всех, какие только приходили мне в голову. Но я не завизжала. Не знаю, почему. Я не имею привычки визжать по любому поводу. И пока собиралась это сделать, мое тело нашло другое решение.
Метнулась к окну и в мгновение ока спряталась за тяжелую портьеру, которая полностью скрыла меня в своих складках.
Осторожно выглянув, я не сводила глаз с дверной ручки. Внезапно шаги прекратились. Они прервались у самой двери. Воцарилась тишина, словно тот, кто был за дверью, прислушивался. Я затаила дыхание.
Медленно, очень медленно и бесшумно ручка начала поворачиваться. Расширившимися глазами я смотрела на дверь, которая приоткрылась, не скрипнув, и в спальню, крадучись, вошел человек в черном. Хотя в комнате было темно, я смогла определить по фигуре, что это был мужчина. Все же, кое-какие силуэты угадывались, ведь темнота не была полной. Из-за неплотно сдвинутых штор приникал слабый свет луны. Человек огляделся кругом, остановился и прислушался.
Я тут же перестала дышать, опасаясь, что он услышит. Единственное, чего я не могла унять, это громкого стука сердца, но тут уж ничего нельзя было сделать. Наверное, оно стучало лишь у меня в ушах, но ощущение было такое, что это слышно даже в коридоре.
Человек сделал несколько шагов к моей кровати. Странно, но он не заметил моего отсутствия в ней. Наверное, потому, что вставая, я не потрудилась расправить одеяло. Оно скомкано лежало, создавая видимость присутствия в кровати человека. Очень хорошо, что я столь неаккуратна.
Вытащив что-то из-за пояса, убийца занес руку вверх и я увидела, как при свете луны сверкнула сталь. Нож. Или кинжал. Теперь не оставалось никаких сомнений, что этот человек пришел убить меня.
Он с силой вонзил нож в подушку, раз, другой, третий. Он не сразу остановился, поняв, что там никого нет. Я услышала сдавленное восклицание. Убийца откинул одеяло и обшарил постель. Я едва не спросила вслух: «Ну, как? Нашел что-нибудь?» И поспешно зажала руками рот.
Терять время было нельзя. Соображает он очень быстро. Не знаю, сколько ему понадобится секунд, чтобы догадаться поискать меня где-нибудь еще. Полагаю, не больше пяти.
Я осторожно выскользнула из-за портьеры и на цыпочках побежала к двери.
И тут он обернулся, почувствовав мое присутствие, не иначе, так как я двигалась абсолютно бесшумно. Я была босиком.
Первое, что я увидела, были глаза, в которых сверкало бешенство. Остальная часть лица закрыта маской.
Он кинулся ко мне, но я не зевала. Меньше всего мне хотелось получить удар ножом в бок. Я схватила первое, что подвернулось мне под руку, это оказался стул, и легко, словно пушинку кинула в него. И тут же распахнула дверь, выбегая наружу.
Кажется, попала, потому что позади себя услышала стук и сдавленное ругательство. Так тебе и надо.
По коридору я мчалась пулей, не чуя под собой ног. Было такое ощущение, словно я лечу, а не бегу. В полной темноте умудрялась уворачиваться от некстати подворачивающихся углов и посторонних предметов, не уронив ни одного. Чуть погодя услышала топот и поняла, что убийца пришел в себя от удара стулом.