В 1924 г. именем Отто Карловича Вирземнека названа улица в Москве.
ВОЙТОВИЧ Василий Ермолаевич (1891 — 2.XI. 1917). Красногвардеец Рогожского района, молотобоец Главных вагонных мастерских Московско-Курской железной дороги.
…Василия Войтовича назначили командиром красногвардейской десятки, хотя он работал в мастерских совсем недавно. У руководителей большевистской ячейки были на то все основания. Сын железнодорожного сторожа с Винничины, Василий с ранних лет узнал, «почем фунт лиха». Был подпаском, затем рабочим вагонного участка станции Могилев-Подольский, завода Келлера, проводником на Львовском железнодорожном узле. Его дважды увольняли за распространение большевистских листовок и агитацию среди рабочих. Призванный в 1915 г. в царскую армию, Войтович нес службу в железнодорожном полку, охранявшем участок дороги Петроград — Царское Село. Он установил связь с петроградскими большевиками, в дни Февральской революции участвовал в создании солдатского комитета своего полка и в аресте царя Николая II и его семьи.
…Отряд рабочих, в котором находился Войтович, наступал на Кремль через Варварку (ныне улица Разина). Юнкера сопротивлялись ожесточенно, дрались за каждый перекресток, за каждый дом. С крыш по наступавшим били пулеметы. Но красногвардейцы упорно продвигались к Красной площади… Установив бомбомет, Войтович и его товарищи начали обстрел пулеметчиков. Несколько выстрелов, и еще один вражеский пулемет смолк!
— Еще один готов! — воскликнул Войтович, поднимаясь из окопа. В этот миг он был смертельно ранен.
Имя Войтовича носят московский завод (бывшие Главные вагонные мастерские, где он трудился), улицы в Москве (близ завода), в подмосковном городе Реутове, где живут рабочие этого предприятия, на станции Могилев-Подольский, где революционер начинал трудовой путь, и детская библиотека в столице. У главного входа на завод высится обелиск с барельефом героя-красногвардейца.
В начале сентября 1917 г. из Двинска (ныне Даугавпилс) в Москву вышел эшелон. В нем везли 869 солдат-фронтовиков, арестованных за выступления против империалистической войны и Временного правительства.
Солдаты 82 разных частей 5-й армии Северного фронта, пробывшие более двух месяцев в заключении в Двинской военной тюрьме, они вошли в историю под коротким, ставшим легендарным именем — двинцы. По царским законам военного времени им полагалась каторга — от 4 лет до бессрочной — с лишением всех прав состояния. Многие арестованные были членами ротных и полковых солдатских комитетов, среди них было около 300 большевиков.
3 сентября 1917 г. двинцы прибыли в Москву и были отправлены в Бутырскую тюрьму. В полученной в Москве телеграмме с фронта сообщалось, что прибывшие — дезертиры и их надлежит заключить за решетку.
Но фактически это была первая воинская часть Октября, «сформированная» по иронии судьбы самим Временным правительством. И, как настоящая революционная часть, двинцы вошли в ворота Бутырской тюрьмы под красными знаменами с пением «Смело, товарищи, в ногу».
На девятый день они объявили голодовку. «Наш арест, — заявили двинцы, — есть не что иное, как контрреволюционный удар по демократии, а посему для нас — свобода или смерть». Московские большевики развернули борьбу за немедленное освобождение солдат. В результате протестов и требований рабочих к 21 сентября двинцы были освобождены… Ослабевших после голодовки, их разместили в двух госпиталях… Но они не могли сидеть без дела: обучали красногвардейцев владеть оружием, выступали как большевистские агитаторы на рабочих и солдатских митингах.
Вечером 27 октября рота двинцев Озерковского госпиталя в Замоскворечье получила приказ прибыть для охраны Московского Совета. Ее возглавил солдат Е. Н. Сапунов.
Пройдя Москворецкий мост, 150 двинцев поднялись к храму Василия Блаженного. У Лобного места на них надвинулась цепь юнкеров с винтовками на изготовку. Солдаты не знали, что Моссовет уже почти окружен и что контрреволюционные отряды, намеревавшиеся захватить штаб восстания, не пропускают к нему подкрепления.
Офицер крикнул двинцам:
— Кто вы такие, куда идете?
Передние — разведчики — ответили:
— Идем на охрану Московского Совета.
Цепь разомкнулась, и юнкера пропустили колонну на Красную площадь. Это была уловка: у Исторического музея двинцев остановила новая цепь юнкеров. Полковник заявил, что они сами охраняют весь центр, а также и Московский Совет. И дал команду: