Однако искра, зажженная ими, разгоралась. «Отказ идти в наступление волной распространяется на разные полки Северного фронта», — телеграфировал комиссар Временного правительства в Петроград.
Как сообщил автору бывший солдат 143-го Дорогобужского полка А. С. Нечай, Андрей Инюшев был уроженцем Черниговской губернии. За храбрость в боях награжден Георгиевским крестом. Постепенно поняв несправедливый характер империалистической войны, вступил в ленинскую партию, участвовал в братаниях. Дорогобужцы любили его как командира, разделявшего их думы и чаяния, как пламенного большевистского агитатора. «Вместо демократического мира, — разъяснял А. Инюшев, — мы получили буржуазное наступление на фронте, а землю нам дали в преждевременных могилах».
В тюрьме, вспоминает двинец В. С. Денисенко, Андрей Инюшев говорил товарищам, что главная борьба впереди. И когда начались октябрьские бои за власть Советов, он по первому зову Московского военно-революционного комитета вывел своих солдат на штурм старого мира и отдал свою жизнь за революцию.
В разных местах Москвы героически погибли двинцы:
ВЛАДИМИРОВ Степан Владимирович, подпрапорщик из 642-го Стерлитамакского полка;
НЕДЕЛКИН Тимофей Федорович, солдат из 15-го Особого полка;
ТИМОФЕЕВ Гавриил, солдат из 1-го Невского полка.
Арестованные летом 1917 г. Временным правительством за отказ проливать кровь в угоду капиталистам и помещикам, они, не дрогнув, отдали свою жизнь за власть рабочих и крестьян.
«Двинцы дрались как львы», — вспоминал участник октябрьских боев И. Г. Батышев. Они были «ударным кулаком в борьбе с белогвардейским офицерством и юнкерами», — свидетельствовала известная большевичка Т. Ф. Людвинская. «С полным сознанием и святым трепетом каждый из них относился к революции», — писал член Московского военно-революционного комитета А. Я. Аросев.
«Это герои Московского восстания, — сказал другой член МВРК Г. Ломов (Оппоков), — которые во многом своей безоговорочной храбростью определили исход сражения, увлекая за собой широкие солдатские массы. Двинцы дерутся как черти, не щадя своей жизни…»
В честь героев 1-я Новотихвинская улица, близ бывшего Савеловского госпиталя, названа улицей Двинцев.
ЕЛАГИН Григорий Лукьянович (28.XI. 1894–1917). Солдат.
В архивном списке раненых в октябрьских боях есть запись: «Елагин Григорий. Умер. Др. сведений нет».
Тогда, в 1917 г., в вихре бурных событий, потрясавших Москву и страну, сведения о погибшем революционере установить не удалось. Лишь спустя более 60 лет появилась возможность внести поправку в госпитальную запись.
Собирая сведения о красногвардейце А. А. Кучутенкове, покоящемся у Кремлевской стены, автор приехал в 1979 г. в его родную деревню Карташово Алексинского района Тульской области.
«А знаете, — сказали старожилы, — на Красной площади похоронен еще один наш деревенский — Григорий Лукьянович Елагин». Они дали адрес его младшего брата. Вскоре 70-летний Иван Лукьянович Елагин, живший в г. Алексине, прислал автору письмо.
«Григорий, — писал Иван Лукьянович, — родился в большой семье, где было шестеро детей. Земли — всего на одну душу. Как прокормить такую ораву? Безземельные крестьяне уходили на отхожие промыслы. И отец в 1905 году взял 11-летнего Гришу на заработки в Одессу. Нанялся штукатуром, а сына упросил принять „мальчиком“ в трактир. Первые полгода брат работал бесплатно, „за харчи“, а потом стал получать 50 копеек в месяц».
В трактир часто заходили выпить чаю рабочие соседних заводов. От них Григорий впервые услышал слова «стачка», «революция», «большевики». Видимо, рабочие приметили смышленого паренька, внимательно слушавшего их «крамольные» речи. И однажды сказали: «Иди, хлопец, к нам на завод». В цехе ученик слесаря Григорий Елагин прошел политический ликбез у подпольщиков-большевиков. В 1910 г. хозяин уволил зачинщиков забастовок, в том числе Григория. Елагин переехал в Екатеринослав, а затем — в Москву, где поступил на завод «Дукс».