Джоанна направлялась в подвал. Свой путь она явно проделывала не в первый раз - девочка умело обходила скрипящие половицы, открывала двери ровно настолько, чтобы проскользнуть внутрь. Маленький призрак в белой ночной рубашке. Чёрные косы почти не шевелились - так аккуратно и легко она шла. Будь Мариэталль кем-то другим, чуткий слух девочки непременно уловил бы слежку. Но сильфы имеют чудесное свойство растворяться в воздухе и путешествовать вместе с пылью. Когда Джоанна ступила на лестницу, ведущую в подвал, по Мариэталль снова ударил маслянистый запах змеи. Некоторое время он почти не ощущался в доме, но сегодня будто каждая ступенька пропиталась землистыми феромонами. Девочка спускалась вниз, и, невесомая, Мариэталль видела радостное предвкушение на лице Джоанны. Это была не магия, не одержимость. Девчонка шла к нагу добровольно, по собственному желанию. К которому всё равно примешивалось что-то ещё. Мариэталль никак не удавалось сообразить, что же именно.
Джоанна зажгла крохотную свечу. Её свет едва ли освещал пространство впереди. Казалось, тени вокруг становились только гуще и чернее. Внезапно в глубине подвала в кромешной удушающей тьме вспыхнули два желтых огонька - раскосые глаза нага с узкими вертикальными зрачками. Свет свечи выхватил из мрака огромное мощное тело с переливающейся чешуёй. Змей был высоким, мощным. Совсем молодой для своего народа, лет пятьдесят, не больше. Гладкое лицо с острыми скулами обрамляли длинные прямые чёрные волосы, которые сливались с темнотой. Толстый змеиный хвост обсидиановой лентой занимал почти всё свободное пространство подвала. При виде девочки тонкие губы нага растянулись в улыбке, обнажая острые клыки. — Силтайс! — счастливо выдохнула Джоанна и кинулась к змею. Мариэталль подавила порыв помешать девочке, и не зря. Наг легко подхватил ребёнка, осторожно сжал её в своих объятиях. Длинный раздвоенный язык на секунду легко коснулся детского лба. Мариэталль передёрнуло от отвращения, но Джоанна никак не отреагировала на этот жест, будто уже давно привыкла к нему. Наг усадил девочку на сложенный хвост, устроился напротив.
— Рассскасывай всссë. Голос змея прозвучал шелестом листьев, шуршащим движением гадюки по песку. — Мама умерла, — сообщила Джоанна. В голосе девочки не было ни капли горя. Она сообщила о смерти матери так, будто речь шла о погоде или новых туфлях. Просто факт. — Ты же не уйдёшь теперь? Этот вопрос волновал девочку куда больше. Она с тревогой заглянула в узкие глаза нага. — Неееет, — змей успокаивающе погладил Джоанну по голове. — Я ссссвясссан ссс тобой, не сссо ссслепой Кейт. — Это хорошо! О, а ещё у нас новая няня. — Сссветловолосссая девиссса в чёрном? Я сссаметил её сссследы.Мариэталль сглотнула. На мгновение ей показалось, что Силтайс видит её, растворенную в пыли. — Да, это она! — кивнула Джоанна. — Она куда веселее предыдущей, показывает Майклу фокусы, даже зануду-учителя смогла очаровать. — А тебя? Очаровала? Сильфида с удивлением услышала напряжение в голосе нага. — Нет, что ты! У меня есть ты! Джоанна с нежностью прижалась щекой к гладкой коже змеиного хвоста. Рядом с нагом девочка совершенно преобразилась. Не осталось и следа от замкнутой юной леди, чопорной и немногословной. В тесном душном подвале в объятиях змеиного хвоста Джоанна ожила, заливалась соловьëм. — К тому же она какая-то растерянная, эта мисс Лайт, — продолжила рассказ девочка. — Всё время забывает, где находятся наши комнаты, вечно путает гостиную с кабинетом отца. Силтайс задумчиво пожевал губами. Его жёлтые глаза снова скользнули по комнате, ноздри раздулись. — Несссспроссста..., — протянул он. — Берегисссь этой мисссс Лайт, ссссердсе моё. Её ссссслисшком много.Джоанна внимательно посмотрела на змея. — Ты что-то знаешь? Она может нас разлучить? — Я ей не поссссволю, — с чувством пообещал Силтайс и с готовностью заключил в объятия потянувшуюся к нему девочку. Глядя поверх её головы, наг чётко произнес: "Моя". Мариэталль поняла, кому это было сказано.
Под пальцами змея кожа девочки покрылась мурашками. В холодном подвале ребёнок замёрз, губы её синели. Вся суть человеческая сопротивлялась влиянию нага. Но девочка продолжала сидеть на холодном хвосте, гладя чёрную чешую. — Теперь, когда мама умерла, ты заберёшь меня? Этот вопрос оглушил Мариэталль. Мольба в голосе Джоанны была неподдельной. Она хотела уйти вслед за змеем. Могла и сейчас отправиться за ним, прямо в тонкой ночной сорочке. С посиневшими от холода губами. В нору нагов, от отца и брата, от солнечного света и тепла горячей человеческой крови. Так легко. — Ссскоро, — холодные руки нага сжимали тельце девочки в нежном объятии. — Теперь сссскоро.Обещание нага обдало Мариэталль могильным холодом.— И там я стану такой же как ты? — Ссстанешь луцссссше, ссссердсе моё. Ссссамая крассссивая ссссмея! А пока сссступай. Сссскоро рассвет, тебе нужно поссспать. Я приду поссслессссавтра. Раздвоенный язык снова коснулся лба девочки. Джоанна сползла на пол и покинула подвал. Мариэталль и Силтайс остались одни. — Явисссь, ссссильфида, — резко произнёс наг. — Хватит прятатьсссса в темноте.