Джозеф глубоко вздохнул. Он сам понимал, в каком положении оказался в деле с Лидом. Желание покойной жены, которое она с каждым днём высказывала всё настойчивее, приводило его в замешательство и раздражение. Тревога Элизабет также была вполне обоснована. Но Джозеф пообещал... Пусть в порыве, пусть от страха потерять жену, он дал Кейт слово сделать Эдмунда Лида духовным наставником Джоанны и Майкла. Теперь принятое решение терзало его противоречивостью, однако нет чести тому, кто не исполняет данного слова. Поэтому, раздраженный, он резко встал с дивана, бросил сестре:— Я принял решение, Элизабет. С завтрашнего дня мистер Лид начнёт раз в неделю посещать наш дом и беседовать с детьми. Занятия будут проходить в присутствии гувернантки.Видя, как от гнева раздуваются ноздри Элизабет, Джозеф уже мягче добавил:— Если хочешь, можешь также присутствовать на этих беседах. Вы ведь не возражаете, мистер Лид? Эдмунд, про которого, наконец, вспомнили, мягко улыбнулся. — Совсем нет, сэр Купер, — ответил он. — Более того, я бы даже желал присутствия леди Элизабет. Она так яростно сражается за разум своих племянников. Это достойно уважения!— Вот и славно, — облегченно вздохнул Джозеф. — Мне необходимо написать несколько писем, так что я оставлю вас. Элизабет, будь любезна, проводи гостя. Со всем доступным тебе почтением, — подчеркнул он, глядя на закипающую сестру. — Доброй ночи, мистер Лид. С этими словами лорд Купер удалился из гостиной. Сбежал, если говорить прямо.
Эдмунд и Элизабет остались одни. — Сдаётся мне, — как ни в чем ни бывало продолжил церковник, — ваш гнев, леди Купер, направлен в неверном направлении. — О Бога ради, — закатила глаза Элизабет. — Всем давно известны ваши методы. Я не дура, мистер Лид, имею голову на плечах. — Тогда отчего же вы ею не пользуетесь? Внезапная резкость тона ошеломили Элизабет. Она вскинула голову. На лице священника ни осталось и следа мягкости и смирения. Теперь перед ней сидел строгий судья, властный и жесткий. — Объяснитесь! — потребовала Элизабет. — Извольте. Эдмунд встал со своего места, пересёк гостиную и остановился там, где несколько минут назад располагались дети и гувернантка. Каждый его жест был теперь чётким и целенаправленным. Церковник провёл пальцами по стулу, на котором сидела мисс Лайт, осмотрел ладонь. — Вы сражаетесь с церковью за души ваших племянников, но спокойно допускаете дьявольских отродий до их воспитания. Резкость тона, грубость обвинения. Элизабет потрясенно смотрела на Эдмунда. — Да о чем вы говорите в конце концов? — Ах вы не знаете? — усмехнулся Эдмунд. — Вот к чему приводит пренебрежение верой. Слепота. Впрочем, это вас в некоторой степени извиняет. Ведь если бы лорд Купер сознательно избрал для детей наставницу из фейри... Что ж, это могло бы привести к серьёзным последствиям. — Наставница из фейри? Вы про Мэри Лайт? Причём тут она? Эдмунд Лид всё больше напрягал Элизабет. Торжествующая улыбка странно контрастировала с мягкими чертами его лица. Будто под маской ангела скрывалось что-то тёмное. Эдмунд специально тянул с ответом, неприкрыто наслаждаясь растерянностью Элизабет.
— Гувернантка ваших детей - фейри, — наконец, веско бросил он. — Я не знаю, как именно эта тварь оказалась среди людей, как смогла обойти запреты и блокировки вашего дома. Но это факт. Породу её я определить пока не могу. Полагаю, что-то водное или воздушное. В любом случае я бы настоятельно советовал вам избавиться от этого существа, пока оно не причинило вреда вашим племянникам, о благополучии коих вы так печетесь. Кто знает, может быть завтра вместо драгоценного наследника лорд Купер обнаружит в его постели соломенное чучело. С этими словами Эдмунд самодовольно взглянул на Элизабет. И с удивлением отметил, что на лице старой девы нет ни капли страха. — Вы можете подтвердить свои обвинения, мистер Лид? — в тоне Элизабет вместо ярости звенел металл. — Я вполне уверен в своих словах, — пожал плечами церковник. — Мне достаточно одного взгляда, чтобы определить наличие твари в доме. — Меня интересует не уверенность, а доказательства. Элизабет не кричала, но казалось, что от холода в её голосе все остальные звуки стали тише. — Возможно, вы привыкли, Лид, что одного вашего слова довольно, чтобы люди начали суетливо перекраивать свою жизнь. Возможно, при жизни леди Кейт так и было. Но для меня голословных обвинений не достаточно. Я спрашиваю ещё раз: вы можете подтвердить, что мисс Мэри Лайт - фейри, которая злоумышляет против моих племянников? Эдмунд Лид неприятно улыбнулся, приподнял бровь. — И каких же доказательств вы желаете, мисс Элизабет? — Убедительных, — веско ответила Элизабет. — Если же у вас таковых не имеется, я попрошу вас держать при себе свои размышления. Я не позволю кому-либо принимать решения относительно преподавательского состава наследников лорда Купера. А вам, волей моей покойной невестки, дана привилегия быть их всего навсего их "духовником".Последнее слово Элизабет произнесла с нескрываемым пренебрежением, будто говорила о чём-то незначительном. — Мисс Лайт за время работы в этом доме зарекомендовала себя с прекрасной стороны. Она не безупречна, однако умна, доброжелательна и прекрасно ладит с детьми. И тут являетесь вы, бросаетесь обвинениями. И вот это совпадение! Едва ли не сразу после смерти леди Кейт. Именно тогда, когда мой брат начал активную работу в парламенте. Идеальный момент, чтобы подорвать едва налаженную жизнь лорда Купера изнутри. И ведь вы не сообщили о своих подозрениях ему самому, о нет! Вы дождались, пока Джозеф покинет комнату, чтобы зародить во мне, полагаю по вашему мнению "слабой женщине", подозрения. Заставить нервничать. Только вот вы просчитались.