— У меня хотя бы такого нет.
— А у тебя нога болит? — поинтересовался Кларк.
— Иногда. — Они помолчали с минуту. Куки задумался о своей боли. — Но уже не так, как раньше. Было время, когда я просто на стену лез.
Кларк понимающе кивнул.
— И сколько времени прошло с тех пор? — спросил он.
— Я стараюсь забыть об этом. Наверное, лет пять. Нет, шесть. Многие думают, что я мучился бы меньше, если бы мне ее, как и вам, ампутировали.
— Видишь ли, — напомнил ему Кларк, — не я принимал решение. Не уверен, что захотел бы расстаться с ногой.
— Но ведь у вас был очень сложный перелом, — ровным голосом произнес Куки. — Как только я увидел ваше бедро, сразу подумал: спасти вас может только чудо. А чудеса в нашей жизни случаются редко.
Кларк улыбнулся.
— Что ж, — сказал он, — я тоже нечасто встречался с чудесами… и все же я не сомневаюсь: они существуют. — Куки не сводил со своего собеседника напряженного взгляда. — Мне, к примеру, приходилось видеть, как Господь делает из яростного безбожника и злодея святого, вполне годного для того, чтобы очутиться в раю. Вот это и впрямь чудо. Человек, если у него есть необходимые инструменты и медицинское образование, может собрать воедино израненное тело. Но только Господь благодаря любви и милосердию способен исцелить сломленную, уязвленную душу. Да, именно это я называю чудом.
Куки, стряхивая грязь, постучал носком ботинка об пол.
— Взять хотя бы меня… — продолжил Кларк. — Ты же знаешь, что со мной случилось. Я очнулся и увидел: у меня — всего одна нога и мое тело отравлено. Я вспоминал разные истории, говорил себе, как это ужасно — быть калекой. Жалел себя и недоумевал: за что Господь так со мной обошелся? В какую-то минуту мне удалось убедить себя в том, что теперь можно лечь лицом к стене и начать сетовать на судьбу. Мое тело болело… сплошные синяки и ушибы. Я жалел себя, понимаешь? Мне хотелось свернуться калачиком и забыться, но тогда пострадала бы моя душа, она стала бы жалкой и уродливой. Да, Господь не сотворил чуда с моей ногой. — Кларк указал на пустую штанину. — Но Он совершил нечто более важное. Излечил мою душу. Именно ей требовалось исцеление, и Всевышний совершил чудо. — Кларк ткнул пальцем в свою широкую грудь. — И здесь больше не болит.
Глаза Куки блестели. Казалось, он вот-вот расплачется. «Сколько же лет он страдал от боли, которая мучила его тело и душу?» — подумал Кларк. И дружески похлопал ковбоя по плечу.
— Не нужно бояться, — еле слышно произнес он. — Бог все еще творит чудеса.
Глава четырнадцатая. Грядущие перемены
Осенью Вилли вернулся к своим обычным делам и целыми днями пропадал на ранчо. Сгонял скот. Кроме того, ему нужно было выбрать из стада несколько молодых бычков, кастрировать их и отправить на железнодорожную станцию. А еще он чинил сломанные заборы и объезжал перед зимой пастбища. Особого внимания требовали родники, к которым коровы ходили на водопой. К тому же надо было защищать усадьбу от конокрадов. В общем, работа на ранчо Ла Хэй продолжалась с раннего утра и до поздней ночи.
Мисси по-прежнему проводила много времени с отцом. Из-за этого ей даже случалось забывать о своих домашних обязанностях: молодая женщина читала Кларку вслух книги (по мнению Марти, он вполне мог справиться с этим сам), готовила его любимые блюда, болтала с ним о пустяках — словом, делала все для того, чтобы день пролетал для больного незаметно. Впрочем, Натан и Джосайя тоже не были обделены ее заботой; они и сами частенько сидели у постели дедушки.
Однако вскоре Марти заметила, что Вилли — он возвращался домой затемно — получал от жены слишком мало внимания. Мисси была так поглощена отцом, что, казалось, не видела мужа. Марти надеялась, что недовольство Вилли не столь велико. Тем не менее она принялась еще усерднее ухаживать за Кларком, давая дочери понять: ее долг заключается в другом; и все же женщине не удалось исправить сложившееся положение. Мисси от отца не отходила.
Тогда Марти постаралась окружить зятя заботой и показать ему, что его любят и ценят. Хотя, само собой, она понимала: Вилли нуждается во внимании жены, а не тещи. Даже дети встречали отца не так радостно, как прежде. Ведь целый день они проводили у постели дедушки, который вырезал для них волчки и свистульки и вдумчиво отвечал на любые вопросы.
В общем, как Марти ни пыталась выкинуть из головы мысли о Вилли, с каждым днем ее беспокойство росло.
Как ни странно, Кларк, обычно такой чуткий и добрый, не замечал происходящего. Возможно, потому, что сам был причиной этого маленького конфликта.