— И вы не откажетесь от своего решения? — обреченно спросила Мисси.
— Боюсь, что нет. Вот только если зима окажется суровой и мы начнем мерзнуть… тогда, возможно, приползем обратно, умоляя впустить нас в дом, — пошутил Кларк.
— Я обязательно тебя впущу, дедушка! — воскликнул Натан, и все засмеялись.
— И я! — поддержал брата Джосайя.
Мисси потянулась за кофейником.
— Ну, если у вас уже все решено, с этим ничего не поделаешь, хотя мне это и не нравится.
— Послушай меня, милая, — сказала Марти. Она понимала, что чувствует ее дочь. — Мы бы не затеяли этот переезд, если бы не были уверены: так будет лучше. Нет, правда! Давай попробуем, Мисси. И если нам в землянке не понравится, обещаю: мы тотчас вернемся обратно. Договорились?
Лицо молодой женщины просветлело. Она наклонилась и поцеловала мать в лоб.
— Простите меня. Просто я не была к этому готова. — Мисси с трудом выдавила из себя улыбку. — Если вы и впрямь решили переехать, то мы, конечно, предоставим землянку в ваше полное распоряжение. Но предупреждаю: зимой там зябко!
Марти засмеялась.
— Ну, у нас перед тобой юной есть одно преимущество.
— Какое же?
— Понимаешь, если мы начнем замерзать, быстренько перебежим в ваш прекрасный дом. А вот у вас с Вилли не было дочери, живущей неподалеку в усадьбе, и вам оставалось только одно: теснее прижиматься друг к другу.
Мисси улыбнулась.
— В таком случае буду уповать на холодную зиму.
Кларк поставил на стол пустую чашку.
— Ну, парни, — обратился он к мальчикам, — пожалуй, нам пора перевозить вещи. У вас есть тележка?
Дети вскочили как подброшенные и помчались в спальню. В последнее время ее называли не иначе, как «комната дедушки и бабушки». Кларк, опираясь на костыль, последовал за ними. Каждый раз, когда он опускал костыль на пол, раздавался глухой удар.
— Ну а я поищу для вас коврики и одеяла, — сказала Мисси. — А еще вам понадобятся тарелки. Те, что остались в землянке, некрасивые.
— Не беспокойся, — попыталась остановить дочь Марти. Но это было все равно, что упрашивать солнце не сиять на небе. Марти оставалось только плечами пожать. Может, Мисси нравится суетиться. Старшая из женщин последовала за младшей, уверенная в том, что день переезда готовит им немало приятного.
* * *
Ночи стали прохладнее, но старая печурка дарила обитателям землянки тепло и уют. Кларк настоял на том, чтобы Марти в первое время после переезда несколько раз на дню навещала дочь — не хотел, чтобы Мисси чувствовала себя брошенной.
Молодая женщина часто вспоминала о своем житье в землянке. Она поведала отцу и матери, какой шок испытала, увидев поросший травой холмик и услышав от мужа, что это и есть их дом. Рассказала, с каким ужасом рассматривала земляную крышу и пол; какой страх ее обуял, когда она положила крошечного Натана на кровать. Ей казалось, что сверху вот-вот отлетят куски и упадут на малыша. Описала, как на ранчо впервые праздновали Рождество. В землянке собрались ковбои. Праздничный ужин был скудным.
Потом последовала история о том, как Куки, выхаживая болевшего крупом Натана, помогал ему дышать. Затем Марти и Кларк узнали, как Мисси познакомилась с Марией. И какие трудности испытывала, стирая белье. В то время она была близка к отчаянию… Тем не менее по голосу молодой женщины чувствовалось: ей приятно воскрешать в памяти прошлое. Видимо, Мисси и впрямь нравилось жить в этом маленьком земляном домишке. В какой-то момент Марти даже начало казаться, что дочь им чуть-чуть завидует.
В землянку то и дело прибегали Натан и Джосайя — Марти с Кларком вечно прислушивались, не раздастся ли стук в дверь. Их сердца начинали сильнее биться, когда раздавались детские голоса. Правда, мальчикам случалось мешать Кларку готовиться к воскресной службе. Ребятишкам хотелось и печку топить, и прыгать на кровати, и обедать за маленьким столиком.
Натан и Джосайя приносили овощи, свежие яйца и молоко — их передавала родителям Мисси. Иногда что-нибудь вкусненькое присылал Ван.
Конечно, дедушка и бабушка были рады видеть внуков, но при этом они строго следили за тем, чтобы мальчики успели вернуться домой вовремя, до возвращения с пастбища Вилли.