Приехав к утесу, Вулфрик был там уже не один, там стоял какой-то джентльмен. Не мешая его уединению, он решил прогуляться. Но вдруг он заметил довольно знакомую ему персону. Он решил спрятаться за деревом и посмотреть, что же будет происходить дальше. По правде говоря, он ожидал этой встречи, т.к. ему надо было помочь Роберту в решении небольшой проблемки. Затаившись у деревьев, он хоть и пытался понять, что к чему, он смог лишь расслышать фразы «ждал… дорогая… надежд… жаль… не вышла замуж… скоро все будет…» к чему бы это все? Он быть может, был ее возлюбленным, неужели это был ухажер Дарлан. Тогда почему она, что и делала, то выражала явное неудовольствие, а по выражению лица было явно видно, что она его хочет уничтожить. Странно все это… Как только Дионис уехал, Вулфрик решил показать себя. Он вышел из укрытия и проговорил с такой надменностью, на какую мог быть способен:
– День добрый, Дарлан!
– Д-добрый, лорд Громидон! – заикаясь, ответила Дарлан. Уж кого она точно не ожидала здесь увидеть. «Какого … ему здесь надо? Неужели он все слышал? Алексис меня убьет».
– Не стыдно Вам, при свете дня встречаться с воздыхателем? Любовником? Может быть, поэтому вы прошлой ночью переодевались в мужчину. У вас было свидание?! Поэтому вы так быстро меня покинули. Но знаете, что я вам хочу сказать?! Вы многое потеряли – такого любовника, как я, вам не найти. – он подошел к ней очень близко, и провел рукой по ее щеке, он ожидал, что она его поцелует, но вместо этого… Была очень громкая оплеуха.
– Да как вы смеете?!! – ударив его по щеке, она проговорила: – Я бы Вам плюнула в лицо, но, как говорится, воспитание не позволяет, – сделав легкий реверанс, она помчалась прочь, куда глаза глядят. Она была зла, и в то же время очень обижена. Ее редко можно было обидеть, но тут ее задели, и это от человека, который можно сказать ее чем-то привлекал.
Лорд Громидон не ожидал такого исхода. Он увидел, что она ушла куда-то, но лошадь ее осталась привязанной. Быть может она ушла куда-то недалеко. «Черт, куда она пошла?». Он искал по всем ближайшим окрестностям. Пока не обнаружил дерево возле реки, где сидела Дарлан, тихо всхлипывая. Он долго думал, стоит ли ему подходить к ней, точнее он просто не знал, что ей сказать. «Я ведь маркиз, я должен это сделать, в конце концов, это моя вина». Он склонился над ней сзади и слегка приобнял:
– Прости меня, Дарлан. Мне не следовало этого говорить.
Дарлан взглянула на него из-под ресниц. После чего Вулфрик продолжил:
– Это ведь твое право, ты можешь встречаться с кем хочешь.. Но я бы хотел тебя предостеречь: встречаться с молодыми людьми без компаньонки весьма неприлично.
– Да вы спятили что ли? – не удержавшись, в ярости спросила Дарлан. – С чего вы вообще взяли, что я встречалась с любовником?
– Ну а как же? Это ваш знакомый? Да и вчера вы были одеты как мужчина. Что мне еще думать?
– Вы кретин, сэр?! Вчера я так оделась, потому что хотела немного заработать, играя в вист. Что в этом такого?
Вулфрик задумчиво взглянул на нее: – видимо я действительно кретин.
– Есть еще вопросы?! Думаю, что да! Но у меня нет желания продолжать с вами общение. Вы показали свое истинное лицо, сэр, что сегодня, что вчера! Желаю удачи с вашим пари! – с этими словами Дарлан поднялась на ноги, и пошла к лошади.
Маркиз Громидон остался стоять с открытым ртом. «Ну и семейка!» Такой дерзости я еще не видывал. И мое пари видимо к черту, и для Роберта я ничего не узнал. Мое обаяние куда-то делось. Мне срочно нужна женщина, видно теряю сноровку.
Вернувшись домой, Дарлан была очень раздражительна, что очень быстро заметила Алексис.
– Что случилось? На тебе лица нет!
Обхватив свое лицо руками, Дарлан произнесла:
– А это что по-твоему? Овощ с глазами?
Алексис рассмеялась, но сразу приобрела серьезный вид: – ну а если серьезно?!
– Ничего не случилось, просто мой план не удался, и вряд ли уже удастся, – расстроенным видом она сказала, но потом приобрела бодрый вид: – ну да ладно! Что у нас на ужин? – и пошла в сторону столовой, посвистывая:
– Ммм, что тут у нас? Булочки…м-м, мои любимые!
– Дарлан, если будешь столько есть, скоро через дверь проходить не сможешь, – со смехом проговорила леди Блейк.