«В жопе детство играет!» - оборвал себя Сеня, и дал себе зарок, с этого момента сдерживаться. А то ненависть к россиянским ворюгам-чиновникам его ЗДЕСЬ дискредитирует. Впрочем, до сего момента, окружающие, всё могли бы списать на специфику жизни Всходненских.
Тем временем, прибывший, быстро нашёл общий язык с разъярёнными промысловиками и начал уже докапываться до истины. Отодвинул факт гибели двух человек в завалившемся схроне, по мотиву «это уже когда будете судить и снимать с должности», и принялся выяснять что же такое собирателей возмутило в поведении торгашей. Вот тут-то толпа снова взъярилась.
Похоже, нелепая смерть людей во время Бури, наложилась на нечто, что удумали торгаши.
- Так они что, сейчас все закупочные цены сбросили?! - нахмурился барон. - Насколько?
- Можем продемонстрировать на примере. - вклинилась Брисса по-тихому убрав и болт с арбалета и сам арбалет тихо убрав со взвода.
- И показать. - дополнил Тин спешиваясь. Добытчики, увидев, что будет демонстрация раздались в стороны, чтобы всем было видно. Кстати грамотно отсекая стражу бургомистра от него самого.
- Показывайте. - кивнул барон и подбоченился.
Лицо у него было изрядно усталое и сильно недовольное. Но к промысловикам он старался относиться ровно.
Тин достал свою «лопату» и чуть порывшись извлёк на свет одну из медвежьих шкур.
- Вот. Только что предлагали. Торговец предложил стандартную цену, начисто не учитывая качество.
Тин развернул шкуру, чтобы она была всем видна. Особенно отсутствие на ней каких-либо дырок. В толпе присвистнули.
- Вот вы, господин барон, сколько бы запросили за такую шкуру если бы сами продавали? - устроил небольшую провокацию Тин.
Барон молча и внимательно осмотрел шкуру. Озадаченно поскрёб подбородок, и выдал:
- Двадцать. Не меньше.
Тин чуть запнулся. Ведь просил у торговца как бы не в два раза меньше.
- Так вот торговец предложил всего полторы.
- За вот это вот ПОЛТОРЫ?!! - послышались изумлённые восклицания.
- Это здесь и сейчас бы предложил. На ярмарке можно запросить за тридцать. - оценил барон. - Возьмут. И я знаю кто возьмёт.
Ещё немного подумав, он выдал.
- Давай так: я сейчас даю двадцать, а после ярмарки ещё пять. Идёт?
- Идёт. - скроив каменную физиономию ответил Тин. При этом Сеня чётко осознал, что о второй и большей шкуре, Тин не сказал ни слова. Наверняка постарается прорваться на ярмарку.
Барон немедленно отсчитал пачку пластин и протянул Тину. Тот принял, тут же отделил треть и передал Сене.
- Сениа! Твоя доля. Как договаривались.
Дальше аккуратно свернул шкуру и подал барону.
Барон при этом заинтересованно сверкнул глазами на отрока. Но пока ничего не сказал. Просто спрятал полученную шкуру в свой «лопатник».
- Моё слово! - Наконец, подал он голос подняв руку в перчатке. - Выгнать всех торговцев! Не хотят давать нормальную цену, - пусть катятся! В Занза — такая же ситуация. Я только что оттуда. Там решили так. Принимаете?
Толпа взорвалась рёвом одобрения.
- А вот этого.... - барон кивнул на бургомистра. - Под замок. Землеправитель наверняка захочет узнать какой у бургомистра был договор с торговцами. И когда он придёт, пусть отправят за мной. Хочу послушать те речи.
Как-то тихо и незаметно, за спинами промысловиков появились двое всадников в полном боевом. С гербами на груди. Судя по их поведению — относились они как раз к этому барону, что сейчас направлял народ посёлка.
- Кот! - бросил барон поверх голов промысловиков. - Ты побудешь моим представителем. Ты слышал что дОлжно сделать. Когда придёт Сула... впрочем, зная где он, не скоро... Когда придёт, посылай за мной. Я - в Вилью. Ла У — со мной.
Всадники молча кивнули и разделились. Один развернул коня и медленным шагом пошёл в сторону ворот, куда уже весёлая толпа охотников тащила связанного бургомистра. Второй, также молча, присоединился к барону.
Сеня удивился. Ведь барон был пешим.
Но удивление его было недолгим. Барон лихо свистнул и издали раздался топот копыт. Вскоре возле него стоял великолепный конь под седлом. Степной породы. И чешуйки с костяными бляшками на коне блестели. Видать хорошо за ним ухаживали. Да и вообще, коняга производила впечатление хорошо откормленной и довольной жизнью. Не то, что у промысловиков — заморенные жизнью и скачками по Дебрям. Не так чтобы очень заморенные, но... поджарые. Без лишних жирков.