Учитель вошёл в класс, начиная отмечать отсутствующих. Пока все шуршали учебниками, я наклонилась к Ксюше.
— Вы идёте в какой-то развлекательный центр?
— Да.
— А почему ты ничего не сказала?
— Я хотела, но потом подумала о том, что ты всё равно не сможешь.
Мне стало обидно, и я ничего не ответила. Я знала, что Ксюша полностью права. Я бы всё равно никуда не смогла бы пойти. Но мне было бы приятно, если бы она всё равно посчитала нужным поинтересоваться.
После четвёртого урока у меня перед глазами уже танцевала еда. Я мечтала добраться до столовой и утолить свой голод. Я впервые за долгое время чувствовала такую сильную слабость в теле. Мне было сложно идти, стоять и даже думать. И во мне лишь теплилась надежда на то, что горячий чай и порция еды помогут мне восстановиться.
— Разве у тебя не собрание старост? — напомнила Ксюша, как только они вышли в коридор и смешались с потоком остальных учеников.
— Почему этот день такой ужасный? — прохныкала я, останавливаясь и начиная смотреть в потолок.
Ксюша лишь пожала плечами и молча продолжила свой путь. Мне пришлось разворачиваться и идти в другой конец коридора. В класс, где обычно собирались старосты старших классов. Только начался ноябрь, но нам уже нужно было обсуждать новогоднюю программу. Обычно я принимала во всём это довольно активное участие. Но сегодня сидела молча, молясь о том, чтобы никто не услышал мой урчащий желудок. Я верила, что увижу ароматную булочку на своей парте, которую купит мне заботливая подруга. Но столешница была пуста, и моё настроение упало ещё ниже.
После уроков нас снова задержали, делая объявление о походе в кино. Я нервно постукивала ногой по полу, всё чаще глотая слюну, которая приобрела кислый привкус. Зная свой организм, я знала, что ни к чему хорошему это не приведет. Когда нас отпустили, мой автобус уже ушел. Я мялась на остановке, наблюдая со стороны, как мои одноклассники дружной компанией идут развлекаться. И больше ничего было не надо для того, чтобы я ощутила себя ещё более жалкой. Как бы мне хотелось идти рядом с ними. Смеяться, шутить и быть в теме некоторых подколов. Но если бы я выбрала это, то уже вечером мне бы снова пришлось плакать, выслушивая слова мамы. Так что из двух зол я выбирала меньшее.
Когда я добралась до дома, у меня было время только на то, чтобы переодеться в домашнюю одежду и пойти в соседнюю квартиру. Прихватив нужные учебники, я нажала на звонок один раз. И когда Андрей открыл дверь, я уже видела перед собой не только его, но и темные пятна, что расплывались перед глазами. Мы поздоровались и двинулись по привычному маршруту в его комнату. Я села за стол, открывая тетрадь и хватая ручку. Пришлось сильно зажмурить глаза, чтобы сфокусировать свой взгляд на конкретной строчке. Мне хотелось чаще дышать, но я сдерживала себя, начиная покрываться испариной от того, что напрягалась, стараясь держать равновесие на стуле. Голову повело в сторону, и я ухватилась рукой за край стола. Я понимала, что Андрей у меня что-то спрашивает, но я ничего не могла разобрать, как будто мне в уши запихали вату. Я просто закрыла глаза, испугавшись. И среагировала только на прикосновение к своему плечу.
Потребовалось много усилий для того, чтобы поднять веки, а затем посмотреть на Андрея. Он сидел на корточках у стола, и его рука была на моём плече. Мои глаза встретились с его, и я утонула в этой расплавленной лаве тёмного шоколада, который на самом деле никогда не любила. Но этот взгляд обволакивал меня, немного успокаивая. А пальцы, едва уловимо поглаживающие плечо, согревали, выпуская мурашек из тайной двери и позволяя им разбежаться по телу.
— Тебе плохо?
Я поняла вопрос. Медленно кивнула в ответ, потому что говорить не получалось.
— Я открою окно, — он встал и потянулся, дёргая за ручку. Свежий воздух проник в комнату, отрезвляя. — Принесу воды, — он вышел из комнаты, оставляя меня одну. Я откинулась на спинку стула, запуская руки в волосы и шумно вздыхая.
— Спасибо, — я схватила стакан с прохладной водой, делая большие глотки.
Андрей сел на свой стул и начал смотреть, практически не моргая. Я чуть не подавилась и поэтому отвернулась в сторону, продолжая пить. Только сейчас понимала, какая же меня мучила жажда.
— Когда ты в последний раз ела? — внезапно спросил он.
— Что?
— Когда ты ела в последний раз, Даша. И не вздумай мне соврать.