— Скажи что-нибудь, — умоляюще произнёс он.
— Давай ты просто всё расскажешь по порядку, — выдохнула я, стараясь расслабиться.
— Ладно, — он сделал глоток и поморщился, наверняка обжигаясь. — Пару месяцев назад объявился отец.
Он снова замолчал. А я не осмеливалась спрашивать дальше. Всё потому что я ничего не знала о его папе, и мне вдруг стало стыдно. Хотя какой-то частью своего здравого рассудка я понимала, что в этом нет моей вины. Да, мы жили по соседству, но ещё пару месяцев назад даже не здоровались. Я не могла ничего знать о его семье, о взаимоотношениях его родителей. Хотя вывод напрашивался сам собой: его мама всегда кричала и унижала Андрея, учиняя один скандал за другим. И вот совсем недавно она бросила какую-то фразу о звонке и папаше, из-за которой я знатно напряглась. Да, мне хотелось узнать больше, но я не решалась спрашивать, потому что не знала, какую реакцию это может вызвать. И, видимо, настал тот самый момент, чтобы узнать о своём парне немного больше.
— Я совсем ничего о нём не знаю, — проговорила я, всё потому что не смогла сформулировать адекватный вопрос.
— Ну, я и сам о нём практически ничего не знаю, — усмехнулся Андрей, но в этой эмоции не было радости и веселья. Сплошная горечь и боль, которую он всё это время прятал. — А если верить маме, то он козёл, сволочь, ублюдок и конченная тварь, из-за которой я появился на свет и испортил ей всю жизнь, — проговорила он на одном дыхании, опуская глаза в пол.
Я не выдержала и поднялась со своего места. Сделала ещё один шаг, нагло усаживаясь к Андрею на колени. Я не знала, как можно поддержать словом. Но мне казалось, что моё присутствие рядом сможет ему помочь. Его руки опустились на мои бёдра, сильней прижимая к себе. Мурашки атаковали моё тело, и я прикрыла глаза, начиная вести борьбу. Мне хотелось поцеловать его, вот только момент был неподходящим. Мы пришли сюда, чтобы серьёзно поговорить, а не целоваться всё свободное время, упуская другие важные моменты, которые важны в отношениях.
— Слушай, если ты сейчас не готов говорить об этом, то ничего страшного, — я обняла его за шею, заглядывая в глаза и падая в бездну.
— Нет, нам надо поговорить. Короче, я не знал отца. Мама говорила, что он бросил её. Но срок беременности уже был большой, и она не смогла сделать аборт.
Я сглотнула большой комок, застрявший в горле, борясь со страхом, охватившим мое тело. А что если бы Андрея не было? Что если бы его мать всё же сделала аборт тогда, девятнадцать лет назад? От этих двух вопросов закружилась голова. Но я держалась. Цеплялась за тело Андрея изо всех сил, стараясь гнать от себя эти глупые вопросы. Потому что он сидел здесь, обнимал меня и был настоящим. И мне не из-за чего было переживать.
— Потом она встретила отца Егора. И пусть их отношения так же не сложились, братец никогда не вызывал у неё такой ненависти, — хмыкнул Андрей. — В общем, отец платил алименты, потому что мама долго таскалась по судам. А если ты не знаешь, она умеет добиваться того, чего хочет. В общем, он оплачивал мою учебу, потребности, вот только у него никогда не возникало желания… — он вдруг замолчал, не сумев договорить.
— Общаться? — закончила я фразу не своим голосом. Хрипела, словно бы молчала несколько недель до этого.
— Да, он не хотел общаться, не поздравлял с праздниками, не проявлял интереса к моей жизни. Сначала мне было обидно. Ну, знаешь, как это бывает — все говорят о своих папах и всё такое. А я один и никому не интересен.
— А потом?
— А потом я смирился. Понял, что не стоит о нём думать. Зачем мне портить свои нервы и таить какую-то обиду, делая себе хуже? Если он не хочет, никто не вправе его заставлять, вот и всё.
— Знаешь, не каждый доходит до таких выводов. Кто-то до конца своих дней старается выяснять причину того, почему кто-то из родителей бросил и не общается.
— Да, знаю. И каждый ребенок думает, что это с ним что-то не так, раз папа или мама не общаются. К счастью, я понял, что проблема не во мне. Понял и забил на это.
— Ты молодец, — искренне улыбнулась я и провела рукой по его мягким волосам, слегка взъерошивая.
— Спасибо, — он улыбнулся в ответ, и это напряжение, витавшее в воздухе, слегка рассеялось.
— Но ты сказал, что он появился.
— Ага, подкараулил меня у университета.
— Как он тебя узнал? Вы ведь не виделись?
— Думаю, нашел мои фотки в интернете. Ну уж точно не воспользовался родительскими инстинктами, — усмехнулся он, устало потирая глаза.