— И что он сказал? Захотел общаться?
— Нет.
— Нет? А зачем тогда он тебя нашел?
— Чтобы отдать вот это, — Андрей обвел руками кухню, а затем внимательно посмотрел мне в глаза.
— Серьёзно? Вот так просто?
— Сам не поверил. Несколько дней думал, что это программа розыгрыш или типа того. Ждал, когда выскочит ведущий со словами, что я лох, которого развели.
— Но он ведь не выскочил?
— Нет.
— Супер.
— Да.
Мы рассмеялись, окончательно отбрасывая в сторону всё то расстройство, что присутствовало на наших лицах с того момента, как мы встретились после моей тренировки.
— Рассказывай дальше, — потребовала я, сильней сжимая плечи Андрея.
— В общем, мы зашли в кафе. Сели друг напротив друга и молчали. Он смотрел на меня и, чёрт, меня это так напрягало. Я понимал, что напротив сидит отец, вот только ничего не чувствовал.
— Мне кажется, что это нормально. Ну, ничего не чувствовать в такой ситуации. Ты ведь отпустил обиды и больше не задавал себе никаких вопросов. И поэтому ты воспринимал его как обычного человека, а не как того, кто причинил тебе боль.
— Да, ты права.
— И он хоть что-нибудь сказал?
— Вытащил какую-то папку и положил на стол. Промямлил что-то вроде извинений, а потом просто ушёл.
— Ушёл? Ты серьёзно? Никаких объяснений или чего-то такого?
— Вообще ничего.
— Это сюжет из фильма, ты меня разводишь, — не веря произнесла я.
— Ты думаешь, что я не считал себя сошедшим с ума?
— Так что было в папке?
— Документы на моё имя, адрес, ключи и записка, где говорилось, что квартира, в которой он жил когда-то, теперь моя. И ещё там было написано, что он уезжает.
— Он даже сам не мог сказать, что уезжает?
— Ну, или он не особо хотел выстраивать со мной диалог, или…
— Может, он боялся?
— Чего?
— Ну, не знаю, расчувствоваться?
— Даш, ты серьёзно?
— Ну, а что? Вдруг у него кризис среднего возраста? Чувство вины и попытки исправить ошибки? Может, он хотел извиниться, только не знал, как это сделать. И подарить квартиру показалось для него лучшим выходом? Возможно, так он хотел сказать, что желает тебе лучшей жизни?
— Ты слишком умна для семнадцати лет, не находишь?
— Мне скоро восемнадцать, и это важный факт.
— Прости, исправлюсь.
— Я серьёзно, Андрей. Людям свойственно осознавать ошибки. К сожалению, не всем, но всё-таки…
Я замолчала, так и не договорив. В глазах неприятно защипало, и я тут же подумала о маме. Мне стало интересно, осознает ли она когда-нибудь, что вела себя неправильно и несправедливо по отношению ко мне? Или же мама Андрея, которая поступала и поступает точно так же? Мне бы очень хотелось, чтобы это произошло. Хотя, чем больше времени проходило, тем чаще я начинала ловить себя на мысли, что не нуждаюсь в этом. Потому что мне хотелось начать новую жизнь. И благодаря парню, на коленях которого я сейчас сидела, я впервые ощущала в себе невероятную силу, которая говорила мне о том, что я всё смогу. И, кажется, я готова была оставить свою прошлую жизнь позади, как и все обиды, которые мне нанесли. Наверное, я сумела стать сильней. И это делало меня счастливой. Потому что я перестала искать проблемы и недостатки в себе. И благодаря Андрею и его истории понимала, что это правильно. Это верный путь, и я не должна с него сворачивать.
— Эй, ты прогнала мою грусть и теперь хочешь забрать её себе? — Андрей обхватил мой подбородок двумя пальцами, делая так, чтобы наши глаза встретились.
— Я не собираюсь грустить, — проговорила я, стараясь прогнать слёзы.
— Я тоже не собираюсь.
— Значит, теперь у тебя есть квартира?
— Ага.
— Кстати, а как давно?
— Перед тем, как я устроился на работу.
— Поэтому твоя мама не может дозвониться твоему отцу? Потому что он уехал?
— Честно, понятия не имею. Он больше не выходил на связь. Просто свалил мне на голову эту бомбу и снова исчез. Порой я всё ещё думаю, что это обман.
— Но это не обман?
— Нет, я проверил все документы. Квартира моя.
— У тебя своя квартира. Андрей, это офигеть.
— Я бы сказал, что это охренеть, но твоё слово тоже подойдет.
— Поэтому ты так загадочно говорил о встрече Нового Года?
— Да, хотел тебя пригласить. Подумал, это было бы здорово.
— Это было бы прекрасно, — тихо проговорила, позволяя грусти всё-таки пробраться в моё сердце. Потому что я всё ещё жила дома, потому что мама до сих пор контролировала меня, потому что я ещё не обдумывала то, как буду уходить. Мне так хотелось остаться здесь с Андреем, но я не была уверена в том, что смогу сделать это прямо сейчас.
— Нам не обязательно решать это сейчас, ладно? — проговорил он, понимая моё настроение. И я была ему за это благодарна. Потому что получила возможность не отказывать ему прямо сейчас. Я знала, что мне придётся ему отказать. И я ненавидела это. Потому что какими бы смелыми не были мои размышления о будущем, внутри себя я всё ещё была той же трусихой.