— Мне приятно, что ты рассказала мне об этом, — вдруг заявил Андрей.
— Ты знаешь, как сильно меня раздражают эти героини сериалов, которых шантажируют, и которые никому ничего не говорят и делают только хуже? Не хочу быть одной из них.
— Ладно, я подумаю, что можно сделать.
— Буду надеяться, что он не откроет рот.
— Не откроет, потому что он хочет получить какую-то выгоду.
— Чёртов Егор всё усложняет, — проговорила я, чувствуя в теле дикую усталость.
— Это его предназначение, Даша.
— Хреновое оно у него, — усмехнулась я.
— Ладно, мы всё решим. Всё ведь будет хорошо, правда? — Андрей вернулся на диван и взял меня за руку.
— Правда.
— Так что давай посвятим время нам и не будем бояться, что сейчас кто-то войдёт в дверь и помешает нам.
— Самая отличная идея в мире, — прошептала я, перебираясь на колени к Андрею и припадая к его губам. Сейчас это было единственным, что могло меня отвлечь.
Глава 21
С одной стороны наш разговор с Андреем меня успокоил. Но с другой — беспокоил, заставляя возвращаться к произнесённым репликам снова, снова и снова. Любая другая девушка на моём месте радовалась и скакала бы выше потолка, испытывая счастье из-за открывшихся перспектив. Уже собирала бы вещи, запихивая их в сумку и выстраивая планы на ближайшее будущее, радуясь наличию своего уголка, где не будет проблем и ругани. Но, видимо, я была другой. Продолжала топтаться на месте, ничего не предпринимая, всё потому что боялась скандала, что разгорится, когда я сделаю тот самый шаг. К тому же, у меня был давно выстроенный план. Конец школы, и лишь потом построение нового пути. Но Андрей начал говорить о другом, намекая, что теперь всё может произойти гораздо раньше. Но, чёрт, я совсем не была к этому готова. Боялась, чувствуя, как все мои внутренности каменеют. Не хотела делать лишних шагов, наслаждаясь хрупким миром, который воцарился у нас дома. Знала, что поступаю неправильно, но просто не могла с собой ничего поделать. Я хотела впустить перемены в свою жизнь точно так же, как впустила в неё Андрея. Но всё происходило так стремительно за последние недели, что всё внутри меня цепенело и жаждало притормозить. Я ходила по тонкому льду и прекрасно об этом знала.
Лежа ночью в кровати, я бесконечно прокручивала в голове свой будущий диалог с Егором. Я уезжаю через пару дней, а значит, нужно просто потянуть немного времени. А затем Андрей разберётся. Он точно что-нибудь придумает. К счастью, всё решилось само собой. Утром мне позвонил тренер и настоял на дополнительных тренировках. Мама была не против подобных пропусков, потому что мне выдавали соответствующую справку. И к тому же в такие дни мама буквально сходила с ума, говоря только о танцах и о важности победы. Это были редкие моменты, когда ей становилось плевать на уроки, математику, золотую медаль и прочие вещи, связанные с учебным заведением. Главное, чтобы я была первой. Чтобы повесила себе на шею ещё одну ничего не значащую для меня медаль. Чтобы проявила себя и поступила туда, куда ей хочется. Она не кричала на меня, не придиралась и давала наставления. Тот самый хрупкий мир, за который я держалась. И да, мне до сих пор было страшно, что сейчас в нашу дверь кто-то постучит: Егор или Андрей. Неважно. Любой из них мог привести моей матери новость, которая вызовет цунами, сметающее всё на своём пути. Но я не готова была падать. Мне нужна была подготовка. Ещё совсем немного времени. Я убеждала себя в этом и слепо верила.
Я выскочила из подъезда, поскальзываясь. Смогла устоять, прислоняя руки к груди и выдыхая. Не хватало упасть и сломать себе что-нибудь прямо перед выступлениями. Если бы это произошло, небо бы точно рухнуло мне на голову без предупреждения. Немного сбавив шаг, я достала телефон из кармана, открывая единственный диалог, который был активен.
Даша Самонина: Меня сегодня не будет в школе. Так что за Егора можно не переживать.
Андрей Головин: Что-то случилось?
Даша Самонина: Больше репетиций перед поездкой, так что школа отходит на второй план. Как никогда на руку.
Андрей Головин: Ты во сколько вернешься?
Даша Самонина: Точно не знаю. Где-то вечером.
Андрей Головин: Значит, не увидимся. У меня зачёт, а потом работа.
Даша Самонина: Может, завтра?
Андрей Головин: Попробую что-нибудь придумать.
Даша Самонина: Не позволяй мне скучать по тебе.
Андрей Головин: Я был уверен, что ты постоянно по мне скучаешь.
Даша Самонина: Ладно, ты окончательно меня раскусил.
Андрей Головин: Напиши позже, ок?