– Ты прав, - тихо произношу я, желая закончить странный и довольно нелепый разговор.
– Знаешь, Даша, - я резко поворачиваю голову, как только слышу своё имя. Впиваюсь в своего соседа жадным взглядом, от которого ему может стать плохо. – Как бы ты не старалась, никогда не сможешь стать идеальной. По крайней мере для них. Просто будь лучшей для себя, и тебе будет проще.
Я перестаю дышать. И не могу объяснить, чем именно вызвана подобная реакция организма. Но легкие на самом деле плохо работают, и время будто бы останавливается.
– Почему ты так смотришь на меня? – он усмехается, прищуривая глаза.
– Просто удивлена, что ты знаешь моё имя.
– Серьёзно?
– Да.
– Я знаю твоё имя.
– Но мы никогда особо не разговаривали.
– И это вовсе не означает, что я не знаю твоего имени.
Он смотрит мне в глаза, а потом поднимается на ноги. А я впервые чувствую это. Что кто-то, наконец, смотрит прямо на меня, а не сквозь. Я никогда не ощущала подобного и, чёрт возьми, это странно и потрясающе одновременно.
– Я иду в магазин. Ты со мной?
Я снова поражена и обескуражена. Но стараюсь взять себя в руки, вставая на ноги. Андрей смотрит на меня сверху вниз, потому что я едва достаю ему до плеча. Я продолжаю сжимать руки в кулаки, надеясь на то, что не разорву карманы куртки.
– Нет, я вернусь домой. Рано или поздно все равно придется выслушать то, что мне скажут, - я стараюсь усмехнуться, но получается слабо.
– Полагаю, мы скоро встретимся.
Я знаю, о чём он говорит. И сама понимаю, что прямо сейчас наши мамы наверняка сидят на кухне, вдоволь обсуждая наши поступки.
– Да, но всё это будет решаться без моего участия.
– И моего.
– Тогда, до встречи, - я делаю первый шаг по направлению к подъезду. Андрей просто кивает мне головой и идёт в противоположную сторону.
Добежав до дома, быстро набираю код от двери и хватаюсь за ручку. Решаю обернуться, хотя совсем не собиралась этого делать. Но я уже не могу себя остановить и поворачиваю голову. Андрей почти добрался до дороги. Но прежде чем выйти со двора и повернуть за угол, он вдруг так же останавливается и оборачивается.
А я пугаюсь, как дура, и быстро забегаю в подъезд, сильно зажмуривая глаза. Веду себя так, будто меня застали на месте преступления.
Глава 6
Я тихо открываю входную дверь, ожидая второй волны скандала. Но свет в квартире не горит. Есть лишь тонкая полоска тусклого света, исходящего от работающего телевизора в маминой комнате. Облегчённо выдыхаю, начиная стаскивать ботинки с ног. Живот снова урчит, и меня тянет зайти на кухню. Но я так сильно боюсь наделать шума, что просто проскальзываю в свою комнату и закрываю дверь. Шторы не задернуты, и мне в глаза светит свет с окон дома напротив. Вид людей, занимающихся своими делами, снова завораживает. Но я заставляю себя сдвинуться с места и лечь на кровать. Все конечности тяжёлые, будто бы я бежала двадцати километровый марафон. А голова раскалывается от боли. Хочется расплакаться и пожалеть себя. Но больше всего хочется забыть этот отвратительный день и двигаться дальше. Но я прекрасно понимаю, что это невозможно. Всё потому что за этим днем наступит следующий. А затем ещё один, и ещё, и ещё. И только лишь когда мне исполнится восемнадцать, и я окончу школу, я смогу вырваться отсюда. Вот только внутренний голос моего сердца тут же начинает смеяться надо мной. Всё потому что мой характер сломлен. И это может значить лишь то, что я никогда не смогу противостоять своей матери. Солёная влага всё-таки скапливается в уголках глаз. К счастью, короткий сигнал телефона, валяющегося на кровати, меня отвлекает.
Ксюша Цветаева: Ну, как прошло?
Даша Самонина: Даже не спрашивай.
Ксюша Цветаева: Он настолько плох?
Я замираю, вспоминая наш с Андреем короткий диалог на лавке. Мне хочется понять свои чувства. С одной стороны, я жутко мандражирую, потому что общаться с этим парнем странно. С другой стороны, я чувствую пугающее спокойствие. И не знаю, почему? Возможно, потому что он не злится на меня. Или потому что он сказал слова, заставившие меня задуматься.
Даша Самонина: Расскажу завтра.
Ксюша присылает радостный смайлик в ответ. Несколько секунд я таращусь на экран телефона, а затем пихаю его под подушку, поворачиваясь на бок. Мне хочется уснуть. И не потому что я жду завтрашнего дня. А потому что просто желаю отключить свои мысли, чувство вины и непрекращающийся анализ.