От избытка чувств она кинулась на шею тиссу Тристобалю и радостно чмокнула его в щеку, тут же сама смутившись своему порыву. Однако тот, хмыкнув, по-доброму улыбнулся и обнял дочь.
*
Кое в чем младшим детям в семьях магов было сложнее, чем старшим. Дело в том, что живых учителей у них не было. У мага старшей крови всегда был наставник, взрослый носитель такого же дара – один из родителей либо дядя или тетя, чтобы показать все на практике, объяснить и исправить ошибки. Более того, каждому взрослому магу старшей крови даже полагалось нечто вроде “декретного отпуска” на обучение подрастающей смены, как только эта смена достигнет подходящего возраста. На само обучение отводилось от года до трех лет, в зависимости от дара.
Магам младшей крови приходилось довольствоваться записями, оставленными кем-то из предков в более или менее отдаленные времена, когда в прошлый раз проявлялся тот же дар, и учиться самостоятельно. Иде выдали записи двоюродного прапрадеда и еще более ранние дневники какого-то из совсем уж отдаленных предков. Впрочем, ей даже нравилось заниматься самостоятельно, периодически прерываясь и записывая пришедшие в голову идеи для будущих артефактов.
Зато на деда-скульптора она страшно ругалась – по делу он почти ничего не писал, да и сам, похоже, почти не пользовался расчетами, работая на чистой силе и вдохновении. Оставалось разбирать каракули дальнего предка, выводить собственные закономерности и клясться себе, что уж она-то оставит потомкам четкие и конкретные инструкции.
Вечерами Ида терпеливо раз за разом объясняла общие принципы сестре – пока та не начала делать явные успехи.
*
А в одно прекрасное утро (хотя многие сказали бы, что это еще ночь!) ее снова разбудили на рассвете. Крита, растолкав ее, без подсказки помчалась будить Аду, а Ида торопливо одевалась, пытаясь сообразить, чего на этот раз хочет от них дядюшка Джемайя. Снова будут кататься? Было бы здорово!
Однако дядя, выдав Иде некую странную громоздкую – и тяжеленную! – конструкцию из множества кожаных ремней, усадил на штурманское место в самолете одну Аду, и с заговорщицким видом велел второй племяннице ждать.
Отойдя на край взлетного поля, Ида проводила взглядом самолет и опустила глаза на конструкцию у себя в руках. Разобраться в многочисленных ремнях оказалось не так-то просто. Что это еще за макраме?! Так, вот это, кажется, вокруг пояса. А это – сиденье? Ага, а вот это тогда…
К тому моменту, когда самолет зашел на посадку – конечно, в сопровождении драконьего конвоя, кто бы сомневался! Уж этот самолет Котька отлично запомнил! – она уже понимала, что перед ней.
– Давай сюда седло! – возбужденно крикнул еще издалека дядюшка. – Сейчас мы его взнуздаем!
И где он только добыл эту штуку? Мало того, что пользовались такими только ритхи – драконьи наездники. Так еще и это седло было, похоже, предназначено именно для малолетнего драконенка немногим больше коня размером – на широченной спине его мамаши пришлось бы садиться совсем иначе. Не в шпагате же на них сидят, в самом деле!
Ида вообразила высокомерного Мальвина в шпагате, тянущего свои носочки на спине драконицы, и прыснула. Воображение тут же дорисовало на нем белое трико – а что, ему бы пошло! Хотя… неееет, лучше представим его в балетной пачке! И пусть помахивает в полете своими вытянутыми носочками!
Дядя Джемайя между тем, не теряя времени, уже седлал Котангенса, старательно затягивая ремни. Дракотик ничуть не возражал, но любопытно изгибал шею, обнюхивая дядюшку и трогая носом ремни. Тисс Аганти, поначалу еще опасавшийся и осторожничавший, в конце концов стал уже бесцеремонно отпихивать его морду – чтоб не мешала! Дракономать наблюдала неодобрительно, постукивая хвостом по земле, но не вмешивалась. Ида решила, что стоит ее успокоить.
– Ты не волнуйся, мы просто… немного покатаемся. То есть я покатаюсь. Чуть-чуть. Его никто не обидит, честно!
Дракономать фыркнула и отвернулась.
– Ну, пробуй, племяшка! – гордо провозгласил дядя Джемайя. – Сначала очки и шлем!
Покорно натянув летные очки и шлем, Ида принялась взбираться на спину дракошки. Мда, все-таки надо бы штаны какие-нибудь в гардеробе завести, в юбке, пусть даже очень широкой, кататься верхом – так себе затея. Как бы ее так подоткнуть, чтобы на голову не улетела? Ага, если вот здесь ремнем… Нет, носит же Тория свой комбинезон для работы? А у Иды будет – для полетов!