Смерть смотрит на Иуду со страданием.
Ему солнце и серебро
Как кислота,
Невозможно смотреть.
Он не забыл ничего,
Остался там, у креста…
Прошу, дай ему смерть!
Смерть поднимает голову к небу.
Прости его, как сам учил меня,
Или дай разделить с ним путь.
Или дай ему покой…
За Иуду прошу Тебя,
За его тернистый путь,
За чертог для него неземной.
Голос стихает, ещё мгновение он ждёт ответа. Смерть разочарованно опускает голову – ещё не время. Иуда встаёт, дрожащий, жалкий, отчаявшийся. Он видит Смерть, но не может умереть.
Небо темнеет, отвечая настроению Иуды и страданию Смерти.
Ещё мгновение Иуда смотрит на Смерть, а затем с бешенством бросается перед нею, мешая пройти.
Сцена 6.
Смерть.
С дороги, ничтожный!
Иуда.
А иначе что будет?
Смерть.
Ты – бессмертный, которого судят
За предательский путь!
Иуда (с неохотой отступая в сторону).
Угадать несложно!
Я пропущу твой ход,
Я не камень тебе,
Чтоб давить на грудь!
Смерть (благодушно).
Благо, мой путь вперёд.
Сквозь свет и ко всякой тьме.
Всюду находит себя…
Иуда (мрачно).
Мне поздравить тебя?
Смерть (усмехаясь).
Неужели путь смертного – боль?
Вечности люди желают!
Иуда.
Тебе ли сказать?
Смерть осекается.
Как есть, не тая,
В чём вся мука и вся соль?
Глупые люди не знают,
Что значит в себе носить тюрьму,
И не попасть ни в свет, ни во тьму.
Идти, идти…жить и не жить,
Не найдя, кого любить.
Ведь вся любовь отдана,
И глубже всех ран она!
Глаза Иуды блестят безумством. Смерть смотрит на него внимательно, она не продолжает своего пути, впервые она чувствует себя понятой, и кем?! Человеком…
Я любил, я ненавидел,
Я предал, как было должно.
Думаешь, Он не знал?
Он предвидел!
Но кто-то должен стать ничтожным,
Чтоб по праву Тот воздал.
А! что с тобою говорить!
Пытается уйти, но теперь Смерть преграждает ему путь. Иуда останавливается.
Смерть.
Ты прав – мне не дано понять,
Ведь мне дано лишь служить,
Лишь этим вечность занять.
Я не знаю любви,
Я не знаю смерти,
Не боюсь свет и тьму…
Я не знаю боли, что знали они,
Я даже не чувствую ветер.
Я знаю лишь зависть одну.
Иуда.
Зависть?! Ты? Невозможно.
Смерть.
Мы оба сильны.
Мы оба ничтожны.
Я завидую жизни людей,
Их любви, их круговерти,
Их мыслям, сердцу, безумству идей…
Иуда.
А я – их смерти.
Смерть.
Вечность! И мы, обречённые
Высшим судом,
В тюрьме бессмертия заключённые,
Точно знаем, что есть «потом»,
Но не сможем туда попасть…
Иуда (смотрит в небо с гневом и ужасом).
И всюду Их святая власть!
Отвращает грешную суть,
Отправляет на искупление,
Прозябание, боль и падение,
Оставляет выжженный путь.
Смерть.
Человек понял меня.
Иуда.
Ты слышишь души моей вой.
Смерть.
Моя боль – твоя.
Иуда.
Скорбь о жизни и сути пустой.
Смерть (протягивая Иуде руку).
Обречённые на вечность мы.
Иуда (ответно протягивая руку Смерти)
Заключённые судом чистоты.
Смерть.
Знаем – обречены!
Иуда.
На вечность…
Заключены!
Сцена 7.
Смерть смотрит на руки Иуды. Они чисты, но вдруг на них проступает несколько пятен крови.
Смерть.
На ладонях твоих кровь…
Иуда (резко вырывая руки из её хватки).
Так каждый день!
В час Его смерти…
Это след боль и любовь,
Вечная тень!
Не властны время и ветер.
Смерть.
Если ты позволишь, я…
Иуда (убирая руку за спину, чтобы Смерть не стёрла её рукавом).
Эта кровь не моя!
Под взглядом Смерти смущается, вытаскивает руки.
Позволяю.
Смерть (рукавом стирая кровь).
Чья – и без тебя я знаю.
Но время прошло,
Кровь в земле.
Ладони твои ни при чём.