Я молчу.
— А я с Медуновым могу договориться о многих хороших вещах, особенно если сейчас ему помогу. А с Андроповым хер кто о чём договорится.
— Похоже на то…
— А помогая тебе, если наше дело не выгорит, я и Андроповской поддержкой не заручусь, потому что ему тогда пи**ец, и с Медуновым войду в конфронтацию. Правильно я понял?
Я ничего не говорю.
— Егор, ты мне очень нравишься, правда. И слова красивые говоришь. И за родину радеешь. Молодец, хороший ты парень. Но, скажи, положа руку на сердце. Что бы ты сам выбрал, будучи на моём месте? Скажи честно. Давай, не молчи…
— Юрий Михайлович…
Он встаёт и наливает себе ещё порцию.
— Нет, Егор, ответь.
— Не знаю.
— Это нихера не ответ.
Он залпом выпивает виски и смотрит тяжёлым взглядом.
— Ну что же, не можешь ответить. Понимаю.
Он возвращается к столу и опускается в кресло.
— Этим отличается муж от юноши. Тем, что может принять на себя бремя ужасных решений.
— Решили? — спрашиваю я тихо.
— Решил, — вздыхает он. — Решил…
2. Время действовать
Чурбанов качает головой, снимает телефонную трубку, набирает номер и ждёт. Я не отвлекаю, не пытаюсь скорее узнать о его решении. Собственно, и так уже всё понятно. По крайней мере, выразился он, вполне ясно и недвусмысленно.
Интересно, мой случай уникальный или подобные штуки случаются довольно часто? Если бы случались часто, мы бы наверняка что-то уже слышали. А, с другой стороны, разве мы так уж хорошо осведомлены о расстройствах пациентов психиатрических клиник?
Вполне допускаю, что энное количество попаданцев было безжалостным образом лоботомировано борцами за психическое здоровье социума. А остальные посапывают в тряпочку и занимаются тихим и мирным накоплением капиталов.
Может быть Маск или…
— Этот-то куда подевался?! — сердится Чурбанов. — С собаками что ли их искать?
— Насколько мне известно… вернее, насколько я могу предположить, — замечаю я, — Щёлоков тоже имеет тайное желание занять трон.
— Нет, — отвечает он, — об этом я никогда ничего не слышал.
— Интересно, он хорошим бы генсеком был?
Чурбанов молчит.
— А как думаете, Юрий Михайлович, Злобина с Матчановым взяли или нет?
— Никак не думаю, — устало отвечает он. — А кто предложил встретиться в казино?
— Злобин.
— Злобин предложил встретиться рано утром. Как он это объяснил?
— Сказал, что весь день будет на глазах у начальства и встретиться ни с кем не сможет.
— Угу… Просто я пытаюсь понять, зачем встречаться в казино?
— Как раз с точки зрения спокойно поговорить, и место, и время довольно подходящие. Никто не дёргает, никто не видит. Где ещё встретиться в семь утра, чтобы никому глаза не мозолить? В метро только. Даже в номер гостиничный просто так не нырнёшь.
— А с точки зрения внезапного налёта КГБ? — хмыкает Чурбанов.
— С точки зрения налёта тоже отличное время, — киваю я. — Какому дураку придёт в голову делать облаву в это время?
— И? — поднимает он брови. — Что же они, дураки, выходит, раз в это время на вас напали?
— Варианты могут быть разные. Могли вести Злобина, могли вести Ферика. Меня вряд ли.
— Тебя вообще-то, насколько я понимаю, вообще пытались переправить в мир вечного покоя. А ты не думаешь, что твой Злобин работает на Мигуля? Если его не прихлопнули в метро, идущего в наручниках, то либо он Гудини наших дней, либо Мигулю выгодно, чтобы он остался на свободе. Ему выгодно подвести агента к тебе. А, может, и ко мне. Чтобы ещё и меня заполучить под эту же сурдинку. Сечёшь?
— Можно я попробую ему позвонить? — спрашиваю я.
— Нет, от меня звонить не надо. Да и вряд ли, вырвавшись из лап преследователей, он спокойно пойдёт домой, правда же?
— У меня есть его секретный номер, в убежище, — киваю я.
— А где это убежище, ты знаешь? — интересуется Чурбанов.
— Не знаю, — мотаю я головой. — Я бы хотел ещё Ферику попытаться позвонить на всякий случай и его племяннице…
— Нет, всё это из телефона-автомата, пожалуйста. С моего аппарата звонить не надо. Незачем следы оставлять. В общем, Егор, деньги у тебя есть, я надеюсь. Поэтому я советую тебе просто исчезнуть. Слишком много всякой откровенной херни, которая может вылиться для меня во что-то очень нехорошее, для того, чтобы я необоснованно рисковал опираясь лишь на твои умозаключения.