Лодка на озере тихо плывет Сердце мое о любви поет.
- Мы не очень далеко отъехали, Фэникэ?
- Нет, дорогая. Я думаю, где много воды, там и рыбы больше.
Фэникэ осторожно просунул руку в коробку, взял мышонка и собирался нацепить его на крючок. Но мышонок вдруг вырвался и прыгнул в воду.
Тогда молодой рыбак более крепко зажал в руке второго и быстро, куда попало, воткнул крючок. Закинул удочку. Мышь на мгновение погрузилась в воду, но тотчас же появилась на поверхности и поплыла.
Фэникэ хлопнул себя по лбу:
- Тьфу! Знаешь, жена, я все делал наоборот.
- Как так?
- Санду сказал, что наживку бросают на дно. А как же я брошу на дно, если мышь живая и плавает? Зачем же я, дурак, мучился, вез из Бухареста живых мышей?
Рикуца расхохоталась.
- Что теперь делать?
- Что делать? Надо, чтобы приманка была не живая.
Он взял жестяную коробку с дырочками для воздуха, обвязал ее веревкой и опустил на дно.
Вскоре появилось солнце и уронило в озеро золотую дорожку. На берег пришел Санду и помахал платком. Фэникэ с силой стал грести к берегу, крича другу приветствия. Лодка врезалась в песок.
- Эх ты, «рыбак»! - презрительно бросил Санду. - Ты же всю рыбу разогнал.
- Почему?
- Кричишь, гребешь, как на состязаниях, жена твоя хохочет на все озеро…
Рикуца и Фэникэ переглянулись и прыснули.
- Тс-с-с! Тише! Так мы ничего не поймаем. Ведь рыбы очень чувствительны. Надо было настелить в лодку соломы, а то каждый звук передается в воду. Ты, Фэникэ, должен был из физики это знать, - ворчал Санду.
- Я-то знал. Но я не думал, что рыбы знают физику.
Но Санду пропустил шутку мимо ушей.
- У рыб прекрасный слух и обоняние. Вот прочти, - и он протянул другу книжку и два журнала.
Рикуца рассказала историю с живыми и дохлыми мышами.
Накладывая в лодку солому, Санду успокоил:
- Ничего, научишься. Я, когда впервые закинул удочку, сорвал крючком кепку с головы, второй раз разорвал рубашку, а третий уронил в воду удилище. Мне тогда было восемь лет. А у тебя разрешение на ловлю есть?
- Нет, - чистосердечно признался Фэникэ.
- Вот ты ничего и не поймал. Потому что нарушил закон, - улыбнулся Санду.
- Да у тебя получается, что рыба не только видит и слышит, но и чувствует нарушителя.
- К нарушителю она не должна идти, да? - шутила Рикуца.
- Нет, мы сами должны оберегать ее от нарушителей, - серьезно ответил Санду.
Он греб легко, не поднимая волны. Когда поставил лодку на якорь, спокойно и ловко взял удилище, размотал леску, проверил грузило, поплавок… Супруги внимательно следили за каждым движением приятеля. Вынув мышь из коробки Фэникэ, он сказал:
- Я обычно не ловлю на мышей, но, если хотите… - он надел наживку и забросил удочку.
Все трое не сводили глаз с поплавка. Не прошло и десяти минут. как он дрогнул. Но Санду остался неподвижен. «Почему же он не тащит? - подумал Фэникэ. - Чего еще ждет? Но это знал только Санду. Вот поплавок на миг исчез под водой, и в следующее мгновение рыбак подсек и потянул удочку.
- Сачок!
У Фэникэ уже было все наготове.
- Сом! - радостно воскликнул он.
- Да, килограмма на два, - сказал Санду.
- Зачем же ты говоришь так громко?
- А сейчас уже не имеет значения. Ведь разрешается ловить не больше трех килограммов. Так что сомов мы сегодня больше ловить не будем. Можем с берега потаскать немного мелочи.
- Почему ты не тащил сразу, как дрогнул поплавок? Чего ждал?
- Так это же тебе не щука, которая сразу бросается на приманку. Сом берет осторожнее.
Они расположились на полянке. Мужчины пошли удить с берега. Они переменили много мест, одно красивее другого. И не раз Фэникэ забывал о поплавке, засмотревшись то на сверкающую водную даль, то на полет ласточки.
Ожидая их, Рикуца варила солянку и читала журнал. Один абзац она даже подчеркнула: «Начинающий рыболов-спортсмен! Скорей отправляйся удить рыбу! Там, в горах, тебя ждут форель и хариус. Но не только рыба ждет тебя на волне. Остановись и вслушайся в тишину, и ты услышись, что лес разговаривает с тобой. И река и ветер - они тоже не молчат. Отправляйся на рыбалку! Оставь тех, кто смеется над тобой, сидя в прокуренной комнате за кружкой пива. Пусть они насмехаются, эти люди с желтыми лицами, с ручкой, торчащей из-за уха»…
Наконец вернулись рыбаки, немного усталые, но веселые и голодные. Счастливый Фэникэ нес на кукане плотву.
Рикуца расставляла на траве тарелки с солянкой.
- А знаешь, здорово получилось. Вкуснее, чем была в Течете! - воскликнул Фэникэ. - Как это ты сделала такую замечательную солянку?
- Я?… Солянка такая же, как и всегда. Это воздух другой, солнце, движение.
- И ты еще смеешь утверждать, что рыбная ловля не спорт? - накинулся на друга Санду.
Рикуца погрозила мужу ложкой.
- Ну? Будешь еще когда-нибудь говорить, что я не умею готовить настоящую рыбацкую солянку?
Фэникэ поднял обе руки.
- Сдаюсь! Сдаюсь!
‹Nb 8, 1958)
Перевод с румынского М. Малобродской и В. Потемкиной
М. Марс-Валлет
На бегущей дороге
Они радостной толпой кружатся вокруг меня в сумасшедшей сарабанде - струйки воздуха, легко прикасающиеся ко мне, шелестящие, шепчущие.
Расступаясь при моем приближении, словно для того, чтобы уступить мне дорогу, они текут вдоль моих рук и ног, возле лица и, соединяясь за спиной, болтают о тысяче пустяков.
Вот этот пахнет персиком, а тот благоухает боярышником… Другой примчался из зарослей, окаймленных розмарином, а вон тот только что заставил вздрогнуть изгородь из цветущей жимолости. Вот спешит воздушный ручеек, несущий навозные испарения со двора сельской фермы: ему не до шуток!
Легкий порыв ветерка смеется на моем затылке, между головным платком и воротником кожаной куртки…
Я вас слышу, чувствую, милые вздохи природы, скользящие по мне, омывающие меня нежной, живительной прохладой.
Опьяненный скоростью, я чувствую себя властелином природы. Я - одухотворенная часть вселенской гармонии!
На меня налетает дорога, и поет чистый голос мотора - мои «четыре лошадиных силы».
Слева и справа бегут пейзажи.
Дорога прекрасна в приятной стране Луары: прекрасна Луара, где охотится щука!
Я спешу: у меня свиданье… с щукой.
Мой счетчик показывает семьдесят: это скорость, которая сулит мотоциклистам столетнюю жизнь и богатство страховым компаниям. Шины шуршат на мягком гравии. Аккумулятор работает хорошо. Карбюратор дышит ровно, и магнето в порядке…
У меня свидание с большой щукой!
На дороге, которая в разгар весны ведет прямо к воде, окутанной туманом, я сознаю себя полубогом. Я распоряжаюсь всем вокруг: в моей власти подача газа и воздуха, чередование зеленеющих ландшафтов, вереница исторических городов: Блуа, Ам- буаз. И резкий тормоз!… Предки мои! Какой нажим тормоза, чтобы не налететь на телегу, запряженную волами.
Уверяю вас, я полубог! Хороший отпуск!… Исчезновение!… Флирт с воздушными ручейками на бегущей дороге…
И свидание с очень большой щукой.
Что это за приветливая хижина на краю большой дороги? Прелестная девушка спешит занять свое место под навесом у подобия прилавка.
- Попробуйте стаканчик анжуйского, сударь! Это освежает и очень вкусно.
Она держит кувшин - дерево и полированная медь. Вино, налитое из такого сосуда, должно быть хорошим.
- А ну, моя красотка! (Боже, какой корсаж… А там, где выемка, кружева!…)
Да здравствуют анжуйское вино и анжуйские девушки!
Я не чувствую больше мотора. Скажите-ка, мои четыре лошадиных силы, кто из вас - я или вы - пил вино и подмигивал красавице?
Колени давят на бак: осторожный поворот. Тридцать метров опасного спуска к пляжу из позолоченного песка и молочной гальки. Немного ольхи тут и там… и вот вода!