А тут Паша на своем великолепном черном байке подвёз. И стало не до подруги. Оказалось так много ощущений и удовольствий в жизни!
Вот только мама тревожилась, расспрашивала, даже пару раз допрашивала и мочу на анализ на наркотики заставила сдать. Но потом успокоилась, вроде. Да и некогда ей, всё на работе зависает.
Единственное, что беспокоило Фаю - это сны. Почти каждую ночь просыпалась она под утро с колотящимсям сердцем и в слезах. Толком снов не помнила, но отрывки какие-то странными казались. То она как будто ребенок, напугана, тоскует, чувствует себя одинокой. Потом видит пожилую женщину с сухими морщинистыми руками. Как эта женщина во дворе хозяйничает, кур кормит, готовит, как жарит что-то, улыбается и молоко наливает в голубую чашку. Запахи какие-то сельские, звуки, очень яркие для сна. То видит она со стороны улицу деревенскую, заросли по берегам речки, причал лодочный и ребенка, сидящего на нем. И так ей хочется во сне этого малыша защитить, так тревожно за него, что прямо сердце кровью обливается! В конце концов Фаина решила, что это её детская часть личности, наверное, и тревожит её, что красоткой она стала, а что дальше, куда теперь податься, она не знает.
Паша был взрослым мужчиной и она себя чувствовала совсем ребенком внутри, неопытной, почти пустышкой, ничего интересного не могла ему рассказать, только и могла, что слушать его, да восхищаться. Она не доверяла себе и, хотя внешне стала весьма привлекательной, внутри осталась зажатой и неуверенной. Было понимание, что мало у них общего. А другие парни, которых она знала не привлекали её вообще. И, хоть и приятно было чувствовать их внимание, она была недоверчива. Да и злило, что они так на внешность падали. Вот раньше никому не было дела до неё! А теперь, пожалуйста, скажи, что ты думаешь, да где ты учишься, да какую музыку слушаешь, да на кого подписана. Прям вот так и стала она интересной. Как бы не так! Всё, что им нужно - её внешность.
Но «праздник» с Пашей, кажется, подходил к концу, вместе с его отпуском. Он возвращался в свой большой, шумный город, к работе и своей взрослой жизни. И Фая (Фея, как он её называл) чувствовала, что пора прощаться близка. Она не обольщалась по поводу их короткого романа, понимая, что Паша не увлёкся ей по-настоящему. Просто симпатичная, приятная, молодая.
С такими мыслями поехала она на вечеринку, а потом согласилась доехать с ним до соседнего города, погостить у его друзей, побывать в буддистском храме, послушать ветер в ушах.
Кстати о ветре! Ничего он не шумит, так как Паша требовал ездить в шлеме. Но сейчас-то трасса пустая, можно, наверное потихоньку снять шлем? И Фая аккуратно пристегнула его к пояску джинсов. И теплый ветер подхватил волосы и засвистел, и стало так хорошо, что она взвизгнула и рассмеялась в голос.
А минут через десять они уже летели впереди байка и тело странными образом успело собраться, сгруппироваться, перевернулось в воздухе, но тут в глаза ударил свет фар.
И все пропало...