А еще перед встречей я много размышляла о том, каким он стал. Насколько изменился. Сейчас смотрю на него, и думаю о том, что все сильно отличается от моих представлений.
Он другой… совсем другой… Плечи шире, больше нет той поджарости, худощавости, что была раньше. Волосы светлые теперь более длинные, щетина на лице. Даже походка не такая легкая, пружинистая, шаг более жесткий, твердый. И энергетика совсем иная… Все в нем другое, абсолютно…
Я смотрю будто загипнотизированная. Словно мой взгляд к нему буквально приклеили. И, наверное, он ощущает этот настойчивый, прожигающий взгляд, потому что поворачивается и смотрит прямо на меня… в меня… как раньше…
***
Приветствую всех, кто заглянул в эту историю :) Продолжение 3 раза в неделю — вторник, четверг и суббота в 01:00
Глава 2. Неравнодушие
Мир останавливает свой бег внезапно. Все концентрируется на нем, на нас. Замирает, исчезает. Я так долго этого ждала… так невыносимо долго…
Я считала чертовы дни, часы, минуты. Я верила, как дура, как идиотка, что где-то впереди нас ждет что-то общее. Не знаю, может быть, эта слепая, безумная надежда наполняла мою жизнь каким-то важным смыслом. Тем самым, без которого тяжело было продолжать жить.
Пять лет прошло. Не восемь, и это хорошо. Его отпустили условно-досрочно. И я впервые за прошедшие пять лет вижу его настоящего так близко.
Тогда, пять лет назад, после всего, что произошло, мне было тяжело, адски. Меня будто перекрутили в мясорубке, и я не могла долго прийти в себя. Ходила, жила как в тумане. Я во всем себя винила… И продолжала любить Ярослава…
Любовь к нему оказалась такой живучей, колючей, въедливой. Она проникла под кожу, в самое сердце. Вплелась в меня, растворилась где-то внутри и не хотела исчезать. От нее не помогли избавить ни боль, ни время, ни тот факт, что он меня просто-напросто вычеркнул из своей жизни.
Я сначала злилась безумно на эту треклятую любовь внутри. А потом… в какой-то момент поняла, что она — мое благословение, спасение. Потому что во мне была выжженная пустыня. Я была пуста, измучена. А любовь… проклятая любовь наполняла меня жизнью и не позволяла сгинуть. Любовь к Дорохову, любовь к сыну, к дочери…
И вот сейчас, наконец, мы встретились. Я рассчитываю многое сказать. Он забрал у меня это право на долгие пять лет. Я хочу, чтобы моя дочь познакомилась со своим отцом.
И я уже практически делаю шаг в его сторону. Рвусь, стремлюсь к нему. Он ведь смотрит на меня… так смотрит…
Но все уже давно не так как раньше. Да и было ли оно это раньше между нами…
Ярослав отворачивается, будто не узнает, мазнув по мне безразличным взглядом. И идет дальше… Разбивая мое треклятое сердце на части. На мелкие, острые осколки, которые никак потом не склеить.
— Архипова, черт возьми! Архипова!
— Ай! — резко вскрикиваю, когда чувствую неожиданную боль в руке. — Ты меня ущипнула?
— Конечно, е-мае! Ты что творишь? — недовольно возмущается Лора, пытаясь привести меня в чувство.
— Что я творю? — эхом спрашиваю в ответ.
Мне сложно сконцентрироваться и до конца осознать происходящее. Я будто в прострации, вся в мыслях о нем…
— Ты еще к ногам его упади и оближи ботинки, — возмущенно ворчит Лора. — Архипова, где твоя гордость? Не надо смотреть на него так!
Ее гневный тон немного приводит меня в себя. Я моргаю, чувствуя, как потихоньку ко мне возвращаются звуки и ясность взгляда.
— Как так?
— Так, Архипова. Глазами влюбленного тюленя! Пять лет прошло, а тебя не отпустило?
— Лора! — одергиваю ее недовольно.
Во мне этих чувств — бушующий океан. И мне неприятно до жути, что она о них вот такими интонациями сейчас…
— Что, Лора? Ты практически растеклась лужицей от счастья, — продолжает отчитывать. — А ты вообще заметила, что он на тебя посмотрел как на пустое место!
— Правда?
Мне показалось, что между нами все-таки была магия… химия… Неужели просто почудилось?
— Карин, ты уверена, что тебе все это нужно? Зачем ему знать про Аленку? Для чего?
— Он отец, — говорю упрямо.
— Он пять лет просидел в тюрьме. Из-за тебя, Карин. Как думаешь, рад ли он тебе? Хочет ли, чтобы вас что-то связывало?
Я закусываю губу до боли. Слова ее прямо в цель, ранят, обжигают. И это треклятое «из-за тебя». Жестокое, несправедливое…
— Он должен знать.
— Ой дура, — патетично возмущается Лора. — Посмотри на своего героя внимательнее. Ему точно нужна твоя правда?
Я перевожу взгляд на Ярослава. Прошло буквально несколько минут, но перед ним уже вытанцовывает какая-то полуголая девица. И он на меня не смотрит.