Мы все равно заезжаем домой, я проверяю Аленку, переодеваюсь.
— О нет, Архипова, никаких монашеских нарядов, — недовольно цыкает Лора, когда я надеваю платье длиной практически до щиколоток.
Она перерывает мой достаточно скудный гардероб, в Москву я приехала с одним чемоданом, чтобы отыскать что-то более подходящее. Находит наряд, который считает не слишком консервативным, и мы наконец отправляемся в бар.
По дороге Лора рассказывает о каком-то новом красавчике в журнале. Молодой редактор, с которым она хочет закрутить. Она, в отличие от меня, относиться к интрижкам легко и играючи. Без лишних заморочек.
— Тебе тоже надо, Карин.
— Что?
— Завести роман, — провокационно поигрывает бровями.
— Это не для меня.
— Брось, — фыркает недовольно. — Женщине всегда нужно внимание мужчин. Иначе мы начинаем вянуть, понимаешь? Мужское внимание взращивает в нас правильную женскую энергию. И тогда мы летаем, улыбаемся и любим эту жизнь во сто крат сильнее!
Я смеюсь.
— Вот какие на тебе сейчас надеты трусы? — не унимается Лора.
— Какая разница?
— Можешь не отвечать, я и так знаю. Бесшовные трусы бесцветного оттенка. А должны быть какие, Карин?
— Какие? — я закатываю глаза, не воспринимая ее речь серьезно.
— Кружевные, сексуальные, — поучительно науськивает она.
— Для чего мне надевать такое белье?
— Вот! — громко восклицает. — Вопрос не в том, для чего или для кого. Дело в тебе самой. Когда у женщины правильная энергия, она хочет выглядеть красиво всегда. Без причин. Понимаешь?
Мы продолжаем с ней спор, пока заходим в бар. Лора убеждает меня, что нужно работать над повышением женской энергии. Что эта энергия — важная внутренняя сила. И когда ее в избытке, то женщина ощущает себя гармонично и счастливо.
Прерываемся ненадолго, когда протискиваемся к барной стойке. Нас оглушает музыкой, хотя людей в помещении немного, еще слишком рано.
Садимся, заказываем коктейли. Несмотря на то, что я отмахиваюсь от увещеваний Лоры, ее слова все-таки во мне что-то задевают. Заставляют задуматься.
Когда я вышла замуж за Архипова, он всегда внушал мне, как я должна выглядеть, как себя вести. Он был политиком, и у него были конкретные ожидания на мой счет. Мне следовало быть сдержанной, ухоженной, неконфликтной. Я не противилась. Его представления о том, какая я должна быть совпадали с моей сутью, с тем, что вкладывала в меня мать.
Я всегда была в какой-то роли — дочь, жена, мама. Я постоянно старалась с этой ролью справляться хорошо.
И мне кажется, что по-настоящему живой и действительно собой, без шелухи, масок и придуманных ролей я была только рядом с Дороховым…
Я выпиваю несколько коктейлей, потом Лора вытаскивает меня на танцпол.
— Отрывайся, Архипова. Так, будто завтра не наступит никогда! — кричит она и широко улыбается.
Лора начинает скакать, подпевая какой-то модной попсе. Я рассматриваю ее и проникаюсь этим отношением к жизни — есть только здесь и сейчас.
— Смотри, как он пялится на тебя.
— Кто? — оглядываюсь по сторонам, пытаясь понять, о ком она говорит.
Лора смеется.
— Оставайся здесь и никуда не уходи, — командует и тут же исчезает в толпе.
Музыка как раз становится более плавной, не такой агрессивной. Я прикрываю глаза, стараясь раствориться в моменте. Я никогда не занималась танцами, поэтому движения мои достаточно однообразные, но я пытаюсь двигаться плавно, текуче. Замедляться, ускоряться, сливаться с музыкой.
Я выдыхаю резким толчком, когда чувствую чьи-то руки на своей талии. Открываю глаза и ловлю взгляд Лоры. Она далеко, около барной стойки, потягивает коктейль и провокационно вздергивает бровь.
Я хочу уйти, исчезнуть. Это чужие руки. И я не испытываю ни радости, ни возбуждения.
Разворачиваюсь. Он симпатичный. Но это все не имеет значения. И я должна уйти. Я так всегда делаю. Отстраняюсь, не допускаю ненужной мне близости. Но почему-то продолжаю медленно двигаться с ним в такт. Глаза в глаза.
Я хочу, чтобы мое сердце также сладко сжималось еще хоть от кого-то… кроме Дорохова.
Я опять прижата спиной к твердой груди. Чувствую горячее дыхание на своей шеи. Мурашки непроизвольно разбегаются по телу. Это приятно.
Я переплетаю наши пальцы. Его рука мозолистая, теплая. Я даже не знаю его имени. Откидываю голову ему на плечо. Мир крутится перед глазами.
«Может, хватит облаков?»
Вот она жизнь — простая и прозаичная. Секс — это физиология. Любовь — фикция. И пора перестать быть преданной тому, кто похоронил чувства ко мне давным-давно…