— Ты ведь не просто так рассказал мне все. Еще и настолько подробно…
Он никогда не говорил со мной о работе. Конфиденциальность информации превыше всего. Он ни разу не отвечал на мои вопросы так — подробно, с деталями.
— Не просто, — соглашается Ковалевский. — Я хочу, чтобы ты уехала из Москвы и никогда больше не вспоминала Дорохова.
И это не просьба. В карих глазах Матвея непреклонность, которую невозможно сломить. Он уже все решил.
И мой мир сокрушительно падает, хороня меня под невыносимыми руинами происходящего…
Глава 24. Алиби
— Я удивлена, Карин.
Лора стоит в дверном проеме в комнату и внимательно наблюдает за тем, как я собираю чемодан.
— Почему? — спрашиваю на автомате.
Я максимально погружена в процесс сборов. Голова загружена мыслями о вещах, которые я уже успела утрамбовать и только собираюсь сложить. Есть смутное ощущение, что не все поместится. Надо подумать, как оставшееся отправить в Калининград…
— Стоило Ковалевскому тебе сказать «к ноге», и ты тут же послушалась, — врывается в ход моих мыслей голос Лоры.
Недовольно фыркаю.
— Ты все перевираешь.
Лора не желает, чтобы я уезжала из Москвы, это понятно. Что ж, я тоже, если бы до конца честной, не планировала так скоро покидать этот город…
— Да? Тогда почему ты сейчас собираешь чемоданы? Насколько помню еще недавно ты говорила «люблю-не могу-буду бороться».
Я бросаю на Лору взгляд, явно демонстрирующий, что она переходит черту. Во-первых, я так не говорила. По крайне мере, конкретно в такой трактовке. А во-вторых, обстоятельства поменялись.
— Я не буду больше за него с ним же бороться, — взрываюсь, взмахивая руками. — Он ни одного шага на встречу, а я как дура за ним бегаю. А теперь еще вся эта ситуация с Раевской…
Наверное, я просто устала. Мир Дорохова слишком от меня далек. Я даже не знаю, кто он теперь. Все стало чересчур сложно и запутанно…
Тем более Ковалевский вполне доходчиво объяснил, насколько мне в данный момент небезопасно находиться поблизости от Ярослава. И мне действительно пора включить голову и перестать бороться с ветреными мельницами.
— И что ты думаешь по этому поводу? — Лора подходит ближе, садится на кровать с краю. — Он правда теперь как они? Как Раевские?
Я вздыхаю. Бросаю так и не сложенную аккуратно кофту в чемодан, отхожу к окну. У меня нет ответов, одни догадки.
— Лор, я не знаю, что думать… Но он скрытный, ничего не объясняет, отталкивает. Ты ведь сама говорила — пять лет в тюрьме. И вот теперь — он помогает Раевской, защищает ее…
Мне от этого больно невыносимо. Для меня у него не нашлось ни одного доброго слова, а для нее…
— Может быть, ты и права… — звучит тихий и задумчивый голос Лоры. — Он и так разворотил тебе всю душу. Зачем тут оставаться и себя еще больше мучить?
Я ничего не отвечаю. Что тут скажешь… Я бы хотела, чтобы все было по-другому, но судьба распорядилась так… Глупо было надеяться, что спустя пять лет Ярослав останется таким же и сохранит какие-то теплые чувства ко мне.
— Не хочу, чтобы ты уезжала, — Лора вдруг меня обнимает, хотя сентиментальность не ее конек. Может, еще когда выпьет, конечно, но сейчас она абсолютно трезвая. — Так хорошо, когда могу вас с Аленкой часто видеть.
Я обнимаю ее в ответ. Удивительно, что мы с ней стали так близки. Нет, мы общались с университета, но не были никогда лучшими подругами. Слишком уж у Лоры был стервозный характер. А потом как-то все между нами поменялось. Не то, чтобы Лора перестала быть стервой, но начала действительно дорожить нашими отношениями, и это чувствовалось.
— Так будет лучше… — шепчу тихо.
Мне кажется, я в этом стараюсь убедить саму себя.
Никто не знает, как правильно, как надо. Мне кажется, это нечестно — отворачиваться от Дорохова, вычеркивать его из своей жизни. Я не хочу так. Не желаю стать с ним абсолютно чужими… Но что я могу сделать? Влезать в какую-то непонятную, мутную криминальную историю?
— Но ты ведь вернешься в Москву? Ты ведь хотела принять предложение Гаврилина о работе. И Мишка мечтает о Динамо.
Это правда. До момента, когда Ковалевский в ультимативном формате заявил, что нужно срочно уехать для нашей же безопасности, я практически приняла положительное решение о переезде в Москву.
— Не знаю, Лор, какие дальше планы у судьбы на мой счет…
Я хочу найти свой покой. И, возможно, он живет где-то далеко от Дорохова. Мне нужно смириться с тем, что нам теперь не по пути. И пора жить дальше…
Через пару часов приезжает Ковалевский. Помогает спустить чемоданы, усаживает Алену в детское кресло.