Почему Дорохов против Ковалевского?
— Ты ведь знаешь, кто такие Раевские? — неожиданно задает вопрос Ярослав.
Я киваю.
— Именно Ковалевский ведет дело Раевских. А ты — рычаг на меня.
И меня вдруг оглушает. Будто кто-то рядом взорвал гранату.
Ковалевский имеет какое-то отношение к Раевским? Почему он мне ничего об этом не говорил?
Я хмурюсь.
— Что значит, рычаг? — спрашиваю непонимающе.
— Основной конкурент, который претендует на место Раевского — Шереметьев. И Ковалевский поддерживает его. И хочет избавиться от всех, кто мешает Шереметьеву.
Не понимаю… В чем сейчас Дорохов обвиняет Ковалевского? В том, что он за одно с каким-то криминальным авторитетом и действует по его указке?
Кто такой Шереметьев? Какое ко всему этому имеет отношение Ковалевский?
Дорохов сокращает расстояние между нами. Встает напротив. Я растеряна. Разбита. Запутана. Ничего не понимаю.
— Карин, просто сделай так, как я прошу, — его голос звучит тише, мягче, почти с просьбой. — Дождись меня. Об этом месте никто не знает.
— А Полина? — хрипло спрашиваю в ответ.
Она мне не понравилась. Не вызвала никакого доверия.
— Она не будет подставлять без причины. А сейчас у нее этой причины нет.
Он думает, меня это должно успокоить?
Я смотрю в его янтарные глаза. Смысла продолжать спорить — нет. Он будет упрямо стоять на своем. Его не переубедить.
— Ладно, — говорю тихо. — Мы тебя дождемся. Но вечером ты ответишь на мои вопросы.
Он смотрит на меня несколько секунд каким-то особенно внимательным взглядом и идет прочь.
Я из окна наблюдаю за тем, как Полина и Ярослав идут к машине, на которой она приехала. Вижу, как Дорохов смотрит на дом, прежде чем сесть внутрь. Его взгляд останавливается ровно на том окне, за которым стою я. Он не может меня видеть или знать точно, что я именно здесь. Я немного отодвигаюсь из зоны видимости, прячусь за штору, не хочу, чтобы он меня увидел. Они уезжают…
У меня в голове так много мыслей. И я абсолютно, окончательно запуталась.
Я смотрю на вторую машину, на которой вчера приехал сам Ярослав. Он ее тут оставил. Интересно, ключи от нее где-то в доме?
Я пообещала Ярославу, что мы его дождемся, но на самом деле я этого делать не планировала.
Оставаться неизвестно где, томиться в ожидании… Нет, это безумие. И тем более слова Ярослава про то, что Раевская не будет подставлять его без причины, кажутся мне не слишком обнадеживающими. А что если через пару-тройку часов он даст какой-то повод? Он же даже не сможет нас никак предупредить. Мы в этом доме в ловушке, под куполом.
Ковалевский… Неужели он правда как-то связан с Шереметьевым? Когда-то я также думала, что Матвей прислужник Бестужева, но только позже поняла, что он вел свою игру. Он хотел посадить Архипова, поэтому создавал эффективные альянсы. Может быть, и с Шереметьевым у него сейчас похожая история?
Я не верю, что Ковалевский действительно имеет какое-то реальное отношение к воровскому миру. В конце концов, он работает на закон…
Я нахожу ключи от машины в джинсах Дорохова, в которых он был вчера. Они лежат на кресле в комнате, где мы провели ночь. Я зависаю, разглядывая сбитые простыни…
Мне хочется его дождаться, вдруг он все-таки в этот раз ответит на мои вопросы.
А потом я представляю, как он вечером приедет опять с Раевской. Становится тошно.
«С каких пор тебя потянуло на дам под сорок», — звучит в голове ее резкий голос.
Сложно сейчас понять, где правда, где ложь. Как поступить правильно.
Мне хочется верить Ярославу. Потому что он — что-то важное для моего сердца. И может быть, если бы он был со мной немного честнее, вопрос о том, кому доверять в первую очередь, передо мной сейчас даже не стоял. Но все, что делает Дорохов последнее время — отталкивает.
И как я могу верить тому, кто делает мне больно раз за разом? Как я могу доверять Ярославу больше, чем человеку, которые всегда делал все для того, чтобы я была спокойна и счастлива?
Ковалевский — мой оплот, мой берег, моя пристань. И если я не могу довериться ему, то — кому?
И я усаживаю в машину Аленку, занимаю водительское место и еду к тому, кто действительно может обеспечить мне спокойствие и безопасность…
Глава 31. Пора жить дальше
Машина Ковалевского медленно к нам приближается. Мы с Аленкой стоим на обочине и ждем Матвея. Автомобиль Дорохова припаркован чуть дальше, на заправке. Именно там я и попросила телефон, чтобы связаться с Ковалевским. Его номер я уже давно знаю наизусть.
Матвей выходит из машины, оглядывает нас внимательно. Взгляд цепкий и устойчивый, видимо, это профессиональное — сканировать происходящее, оценивать обстановку. Потом усаживает Аленку в детское кресло. Ничего не говорит, не спрашивает. Я занимаю пассажирское место, Ковалевский садится за руль. Мы трогаемся в путь в тишине. Проезжаем несколько километров в молчании.