И вот сегодня, когда я взяла с собой Алену, удивительно, но он появился…
Внезапно, резко. Смешно, конечно, что это стало так неожиданно, хотя я приходила сюда специально в надежде его увидеть…
Но именно когда это произошло, я вдруг растерялась. Мне бы так не хотелось, чтобы он думал, что я его преследую, слежу, выжидаю…
Я наблюдаю за ним, не двигаясь с места. Мне страшно, что он заметит… И одновременно мне хочется, чтобы он увидел…
«Пять лет прошло. Больше ничего не имеет значения».
Я не верю. Не хочу верить.
Он заходит в небольшое кафе в соседнем доме, и я смотрю ему вслед, чувствуя, как внутри, в груди, что-то так пылающе горит.
Это мой шанс… Возможность, которую я искала. Но мне хочется исчезнуть, испариться. Это так адски страшно — будто я планирую спрыгнуть со скалы в ледяном, бушующее море.
Мне хочется развернуться и сбежать каждую чертову секунду, пока мы идем с Аленой в это кафе. И одновременно не хочется… Бывает ли так, что в тебе каким-то непостижимым образом уживаются абсолютно полярные эмоции? Оказалось, бывает.
Я стою в тени, за руку держу Аленку. Ей четыре и стоит только выпустить ее из поля зрения, как эта проныра сразу же куда-то сбегает. Любит исследовать мир вокруг, любопытная и активная.
Минут десять стою и собираюсь с духом, чтобы подойти, заговорить. Смотрю на него со стороны, как он пьет кофе, что-то читает в телефоне. Просто наблюдаю. Это, кажется, такой роскошью — просто смотреть на него. Роскошью, которой я была лишена долгие годы…
Он пока меня не заметил, но это до поры до времени. Сейчас Аленка устанет топтаться на одном месте и закатит концерт. Она характером в своего отца — любит быть в центре внимания.
Нужно сделать не так уж много шагов, чтобы подойти, заговорить. Я ведь так этого хотела… ждала…
Но в самый ответственный момент колени трясутся, сердце норовит выскочить из груди. Я даже не думала, что будет так страшно.
Даже в тот день в клубе было как будто не так тяжело сделать эти решающие шаги. Может быть, потому что со мной не было Аленки, а возможно, из-за того что я была тогда, скорее, в каком-то диком состоянии аффекта.
И наша встреча в тот раз закончилась так однозначно — он мне не рад, не хочет видеть. И вот опять я — фактически преследую его. Он наверняка будет мне снова не рад… И это испортит его первую встречу с дочерью.
Может, и не стоит вот так сразу с Аленкой его знакомить? Просто мне кажется, что я никогда иначе не соберусь сказать ему про нее. А так она рядом — и это придает мне храбрости и сил.
Конечно, стоило было его как-то подготовить, предупредить. Но я знаю себя — буду долго ходить вокруг да около. Лучше вот так — сразу с места в карьер. Зато никаких вариантов передумать, отложить…
Надо просто подойти, поговорить. Но вместо того, чтобы сделать шаги вперед, я продолжаю стоять на месте.
Ситуацию меняет Алена, которая все-таки устает от моей нерешительности и необходимости из-за этого стоять на месте. Громко начинает возмущаться, требуя срочно пойти на площадку, и привлекает к себе внимание. Ярослав резко оборачивается, и мы с ним сталкиваемся взглядами…
Будто столкнувшиеся орбиты, врезаемся друг в друга…
Я подхватываю Аленку на руки и все-таки иду к нему. Ближе, ближе, еще. Я ведь так хотела, так мечтала, так ждала…
— Привет, — говорю, когда оказываюсь рядом.
Он не отвечает ничего. Оглядывает меня, Алену. Брови хмурые, лицо не улыбчивое. Он больше не похож на Золотого мальчика — нет в нем того праздника жизни, что жил в нем в двадцать пять. Он теперь слишком серьезный какой-то. Черты лица будто стали жестче, грубее, а взгляд более равнодушный.
Он молчит, а мне так хочется услышать его голос…
Он так часто мне снился, мерещился. В какой-то момент я стала забывать, как именно звучат полутона его эмоций. И тогда я начала пересматривать его интервью, раз за разом, чтобы оживлять все в своих воспоминаниях.
— Выпьем кофе? — взволнованно прикусив губу, предлагаю.
Он смотрит и опять молчит. Это сводит с ума — его отрешенность. Вдруг он сейчас откажет, может быть, не захочет… и что тогда?
— Пожалуйста, Ярослав… — шепчу тихо.
И он вздрагивает, будто я его ударила. А потом все-таки согласно кивает.
Выдыхаю, улыбаюсь слегка.
Сажусь за стол. Алена у меня на руках, с интересом разглядывает незнакомого дядю. Удивительно, что она еще не начала задавать миллион вопросов, как обычно это делает.
— Я ждала тебя, — говорю просто, как на духу, и смотрю в его глаза прямо, открыто. — Мы ждали…