— Я не могу, Карин, — вдруг ровно и серьезно отвечает Леня.
На секунду повисает тяжелая тишина. Я разглядываю своего босса и друга одновременно. Не понимаю его действий, мыслей, поступков. Такое у нас с Гаврилиным происходит редко.
— Как это? Как это не можешь? — недоуменно переспрашиваю.
— Вот так… Я отвалил кучу бабок за контракт с ним, я не могу потерять эти деньги и единственную надежду клуба на выигрыш в ближайших матчах.
— Ты шутишь? А какой скандал будет, когда все узнают про его участия в боях? — изумленно возражаю в ответ.
— Ты сама говоришь, что он явно давно в этой теме. Никто ведь пока не узнал, — как-то неубедительно уговаривает то ли меня, то ли себя Гаврилин.
— Но ты же узнал, — резонно замечаю.
— По чистой случайности, — со вздохом признается он. — Мой друг — владелец клуба, в котором вы сегодня были.
Перевариваю эту информацию несколько секунд. Не знала, что у Гаврилина есть такие друзья. И что он вообще интересуется чем-то подобным. Мне сложно представить Леню в его костюме за тысячу долларов и белой наглаженной рубашечке в том месте, где я сегодня была. Уж насколько я там смотрелась неуместно, он выглядел бы не лучше, чем я.
— Это будет ужасный скандал, — резюмирую в итоге.
— Но когда он еще будет и будет ли вообще, — парирует Гаврилин. — А до тех пор мы успеем выиграть десяток матчей.
— Ты настолько веришь, что Дорохов принесет нам победу? — с интересом спрашиваю.
Гаврилин уверенно кивает. Не знаю, основана ли эта вера на каких-то реальных фактах или это просто надежда на лучшее. Спрашивать не решаюсь.
— А как же неустойка? Может, разорвать с ним контракт? Это ведь он будет виноват, пусть выплатит штраф.
— Штраф меньше суммы контракта, которую я заплатил, — пожимает плечами Леня, — это раз. А во-вторых, он не отдаст деньги просто так, придется судиться, а это минимум полгода, год, если не больше. Да и к тому же шумиха в прессе. В общем, ничего хорошего нам не светит при таком сценарии.
— Может и без суда выплатил бы, — бурчу себе под нос.
Я-то, святая наивность, была уверена, что принципиальный и эмоциональный Леня погонит Дорохова взашей, а в итоге все наоборот.
— Не думаю, — с усмешкой заключает Гаврилин.
В общем, куда не плюнь — везде задница. И вот мы ставим все на зеро, а то есть — на Дорохова. Мне этот план не по душе, но другого я предложить не могу, поэтому просто решаю не спорить. В конце концов, он умный человек, и явно понимает, что и зачем делает.
Смотрю внимательно на задумчивого Гаврилина и почему-то мне кажется, что он что-то не договаривает. Слишком он кипит идеей, что Дорохов — наш выигрышный билет. Чересчур за это цепляется.
Слышу, как в коридоре открывается дверь, а потом и шум в прихожей. Игорю наверняка не понравится, что Гаврилин так поздно у нас в гостях.
— Что ж, засиделся я, пойду, — видимо, подумав о том же, засобирался Леня.
— Сиди, — тихо и строго обрубила его попытку к бегству.
А то уж слишком подозрительно будет выглядеть его спешный уход. Мы молча сидим, будто затаившись. Я прислушиваюсь к шуму в квартире. Вот Игорь зашел в ванную, включил воду — моет руки.
— Добрый вечер, — звучит низкий голос мужа.
Я смотрю на него, натягивая на губы приветливую улыбку.
— Привет, — подскакиваю, целуя и суетясь вокруг мужа. Он это любит. — А вот Леня… зашел, чтобы занести бумаги по работе и решил тебя дождаться.
На секунду воцаряется молчание. Леня, наконец, отмирает и включается в игру. Встает, пожимает руку своему другу.
— А где бумаги? — я чувствую на себе внимательный взгляд мужа.
— Что? — моргаю растерянно.
— Бумаги, Карин. Гаврилин же зашел занести бумаги. Где они?
Замираю, застигнутая врасплох вопросом, который не ожидала.
— Отнесла в комнату, — упрямо не опускаю взгляд, чтобы он даже не подумал, что все сказанное — ложь.
Муж усмехается.
— На работе не хватает времени обсудить все вопросы?
— А Лени завтра не будет в клубе, а…
— Скоро же матч, Игорь, — врывается вдруг неожиданно в мои объяснения Гаврилин. — Выездной. Я тебя поэтому и ждал. Карину хочу взять с собой.
Я удивленно смотрю на Леню.
Я не езжу обычно на выездные матчи. Со всем успешно справляюсь удаленно — Даня фотографирует, Марина, мой ассистент, контролирует все и оперативно оповещает о происходящем.
Не езжу я, потому что и сама не очень люблю эти командировки — слишком тяжело физически, особенно если ехать на автобусе около десяти часов, что случается достаточно часто. А еще не люблю оставлять Мишутку надолго. Хотя, конечно, основная причина — мой муж, который никогда не отпускает меня дальше зоны видимости. Даже работать разрешил только потому, что я долго и упорно отвоевывала это право и потому что работаю у его друга, который может за мной приглядывать и в случае чего доложить ему обо всем. Не думаю, что Леня и правда регулярно отчитывается Игорю, но между ними есть явная договоренность, удовлетворяющая моего мужа.