Сразу, как только мы приехали, меня начали мыть в ванной. Я уже привык к воде, она мне даже нравилась. Но когда мылся Лёша, мне не разрешали входить к нему, хотя я точно был уверен, что он может утонуть. После активного дня я очень много ел, а после выпрашивал еды у Лёши. Он делился со мной котлетой, хоть его мама и кричала на нас. Но в душе я понимал, что это она не специально.
Ночью я долго не мог заснуть. В моей голове звучали слова Полковника. Люди не любят собак без породы. Полковник был немецкой овчаркой, хоть по его виду и не скажешь, ведь он такой старый и немного плешивый. Большинство моих друзей-собак, гуляющих в парке были разных пород: лайка, доберман, колли, далматинец, ротвейлер, сенбернар. Они гордились тем, кто они есть. Я тоже считал себя хоть немного с породой. Ну не могло же быть, чтобы я был совершенно «пустолайкой». Однако мама не рассказывала о наших предках. Говорила, что всю жизнь жила на улице, как и её родители. Я всё же верил, что Лёша меня не разлюбит.
За весну мы не раз ездили на дачу. Снега становилось меньше, а грязи больше, а, значит, меня мыли чаще. Я был похож на чёрный одуванчик. Вечерами после прогулки Лёша теперь играл в игры, ведь ему купили новый компьютер. Он мог часами сидеть и играть в свои стрелялки. Я тоже играл, но по-своему. Мама Лёши купила мне вкусные игрушки. Они не то, чтобы для еды, но их было так хорошо жевать! А ещё я грыз какие-то палочки. Хозяйка говорила, что они полезны для зубов. Я тогда не ведал, что может быть полезно, а что вредно. Про это мне рассказал брат при нашей встрече.
Брат был очень печальным. Он долго не хотел говорить, в чём дело. Но потом решился и поведал мне о человеке, которого кличут ветеринаром. Несколько дней назад хозяин моего брата повёз его к врачу для животных. Брату сделали укол, и он проспал очень долгое время. А когда он проснулся, у него очень сильно кружилась голова. Позже я узнал про кастрацию. Я не мог поверить, чтобы люди так жестоко поступали со своими питомцами, но многие собаки из парка утверждают, что после этого чувствуют себя даже лучше, чем прежде. Я им не верил, пока сам не убедился, что к чему.
Когда снег почти весь исчез, я впервые начал заглядываться на девочек. Вроде те же собаки, только красивые и изящные. И я сейчас говорю не о таких же уличных как я сам, а о собачках с породой. Например, мне очень нравились шпиц, спаниель, корги. Они были мелковаты для меня, но что-то влекло к ним. Лёше иногда приходилось силой тянуть меня домой. Но, со временем, у меня это прошло. Жизнь текла своим чередом, пока вдруг не случилась беда.
Все мои хозяева решили поехать отдохнуть. Оставить меня одного дома на долгое время было невозможно, так считала хозяйка, поэтому люди решили съездить в аквапарк на несколько часов. Лёша так сильно радовался, и я вместе с ним. Папа Лёши говорил, что там много воды и людей. Наверно, это просто чудесно, жаль, меня не брали с собой. Мне велели вести себя хорошо, поэтому я лёг на порог. Меня нежно похлопали по голове и ушли. Я остался один. Никогда мне не было так грустно. Такое ощущение, что меня бросили. Сперва я лежал смирно, но потом завыл от горя. Ну почему они ушли?
Вдруг что-то зашумело на кухне. Я навострил уши. Это повторилось. Я бегом устремился на кухню. Глупая птица залетела в квартиру и не может вылететь обратно, вместо этого бьётся в стекло. А хозяйка тоже молодец – зачем надо было открывать окно?! Но это мой дом, я не позволю птице запачкать окно! Я гавкнул на неё из-за всех сил. Глупая птица испугалась, но вместо того, чтобы вылететь в окно, полетела в комнаты. Я побежал за ней.
Что происходило дальше я плохо помню. Слышал, как что-то упало, разбилось, а птица стукалась обо всё подряд, но всё равно летела вперёд. Наконец мне удалось схватить её за хвост. Птица пыталась вырваться, но ей не удалось, и она просто повисла на хвосте. Я отнёс её на кухню и положил на подоконник прямо перед открытым окном. Птица полежала немного, а потом рванула в окно. Я был счастлив, что помог бедняге, да ещё и сам развлёкся. Я положил морду на подоконник и ждал, когда хозяева придут.
Мои люди вернулись только вечером. Их лица светились от счастья, но увидев меня, они сразу расстроились. Ну, я думал так. Но дело было не во мне. Я оглянулся. Вся квартира была перевёрнута! Я поверить не мог, что это мы с птицей такое натворили! Мама Лёши схватилась за голову, папа Лёши вышел на балкон и закурил. Сам же Лёша схватил поводок и вывел меня за ошейник на улицу. Я начал думать самое страшное – слова Полковника всплыли в памяти сами собой. Я упирался лапами и не хотел выходить, но Лёша был сильнее. Когда мы оказались на улице, я жалобно заскулил. Я не хочу обратно под плиту, в голод, в одиночество. Тут мальчик коснулся моей головы и начал гладить.