— В общем, Милена, — попыталась собраться я с мыслями, — есть у меня подозрения, что этот Сергей еще в день собеседования глаз на меня положил. Мы же с ним и его другом в лифте пересеклись.
— Ну, допустим, — кивнула девушка.
— А дальше его понесло: не остановить. На свидание звал. В общагу ко мне с веником приезжал. А сегодня вообще на серьезных щах мне заявил, что у меня другого выбора и нет, кроме как пасть перед ним ниц.
— Руки распускал? — на один глаз прищурилась начальница.
А я сникла.
Ну, все понятно...
— Нет, — вздохнула я потерянно и разочарованно, понимая, что меня сейчас банально выставят экзальтированной идиоткой, которая думает, что весь мир вращается вокруг моей исключительной персоны.
— Деньги за близость предлагал? — продолжала нарезать вопросы Милена.
— Нет.
— На личности переходил?
— Тоже нет, — опустила я голову, рассматривая свои коротко стриженные ногти.
— То есть, Настя, правильно ли я понимаю, что тебя не устроило лишь то, в каком виде клиент выразил тебе свое почтение? Верно?
— Это было не оно. Но да, вы правы, меня это не устроило.
— Настюш, — словно бы к наивному дитя обратилась девушка, — хорошая моя, посмотри на меня, пожалуйста.
— Ладно, Милена, я все поняла...
— Настя! Алло! — чуть громче, чем требовалось, окликнула меня начальница, и я тут же присмирела, поднимая на нее усталый взгляд.
И уже думала, что все пропало, но неожиданно получила вожделенную надежду на спасение.
— Итак. Раз уж у нас пошла такая пьянка и ты у нас девочка взрослая, то давай поговорим прямо и без лишних экивоков. Если ты, конечно, не против.
— Не против, — согласно дернула я подбородком.
— Супер! Теперь к делу. Как ты уже поняла, ресторан наш — это не фастфуд, с копеечными ценами, где тусят студенты, романтики и непризнанные поэты. «Белый кролик» — это дорого, пафосно и не для всех. И ходят сюда поесть люди, у которых много денег, но слишком мало драгоценного времени, чтобы тратить его на какую-то там тебя, даже если ты очень пришлась по душе. Им проще сказать в лоб, как есть о своих намерениях и получить закономерную реакцию. Да — и погнали. Нет — и до свидания. Благо ты не последняя симпатичная мордашка в этом городе.
— Я говорила «нет».
— Прости, что человек, который привык всего добиваться непомерным трудом и упрямством, не сложил лапки от одного этого слова.
— Ну, понятно..., — скривилась я.
— Разумеется, тебе ничего не понятно, Настюш. И я понимаю твое возмущение. Но и ты меня пойми, хорошая моя. Если я буду падать в обморок на пару с каждой миловидной официанткой, к которой подкатил постоянный клиент, то уже завтра нам придется закрывать двери этого заведения.
— Но можно мне хотя бы не ставить его стол в обслуживание? — в отчаянии пошла я ва-банк.
— У меня нет таких полномочий, моя милая, — развела руками Милена.
— Но...
— Но ты можешь написать письмо на имя хозяина ресторана, — коротко улыбнулась девушка, а затем поиграла бровями и быстро потерла лицо ладонями, — он у нас человек понимающий и добросердечный.
— Да? — с сомнением прикусила я губу.
— Буквально поборник нравственности и чести, — серьёзно кивнула Милена и закашлялась, а затем полезла в свой стол, из которого выудила чистый лист бумаги и ручку.
А после протянула все это добро мне со словами:
— Только, Настя, если хочешь, чтобы хозяин вошел в твое положение и за тебя вступился, пиши все откровенно. Ничего не скрывай. Дави на свои эмоции, чтобы его как следует пробрало. И тогда, вангую: этот Сергей более никогда не посмеет надоедать тебе на рабочем месте.
— Думаете, сработает?
— Уверена в этом, — кивнула мне Милена, а затем встала из-за стола. — Не торопись, Настя, пиши, сколько понадобится. Как закончишь, оставишь письмо здесь. Я потом передам его нашему хозяину.
И пошла на выход.
И только уже девушка покинула кабинет, как меня вдруг осенило.