— Погодите! А на чье имя писать письмо?
— Ах, это, — отмахнулась Милена, — на имя Панарина С. А.
— А полное имя его как?
— Сергей Александрович.
— Еще один Сергей? — скривилась я.
— Сереж у нас в стране, как грязи.
— Это точно, — кивнула я, зачем-то вспоминая, что у нас на потоке аж три Насти, пять Даш и целых шесть Софий. Про Никит, Данилов и Тимофеев я вообще предпочитала молчать.
А там уж дверь за Миленой закрылась, и я осталась одна. И стоило только этому произойти, как я окунулась в работу с головой, а там уж расписала все как есть. И да, не сухими фактами, а со всеми негативными эмоциями, которые во мне усиленно культивировал один надутый от чувства собственной важности павлин.
Спустя двадцать минут дело было сделано. А я с чувством выполненного долга отложила от себя листок и ручку. А затем встала и отправилась сдавать смену, да ехать домой, искренне веря, что сердобольный господин Панарин войдет в мое положение и укажет одному зарвавшемуся персонажу его место.
Так-то!
Выдохнула!
И целых два дня жила себе спокойно. Ждала покорно ответа на свое обращение от хозяина «Белого кролика». Работала. Радовалась, что приставучий Сергей не отсвечивает на небосклоне моей и без того непростой жизни. И вообще верила, что все у меня будет хорошо.
А затем наступил понедельник.
И мир ушел у меня из-под ног.
Потому что сразу после последней пары мне позвонила наша соседка, что посильно захаживала к отцу и помогала ему, чем могла. А там уж я услышала в трубке слезные завывания:
— Настенька! Настёна! Ой, что же это делается-то, а?
— Теть Люсь, что случилось?
— Господи помоги!
— Теть Люсь!
— Что же теперь будет-то? Ох...
— Теть Люсь, вы меня пугаете!!! — едва ли не закричала я в трубку, боясь, что с отцом могло случиться что-то непоправимое.
А потом как обухом по затылку.
— Коллекторы пришли, Настя! Коллекторы! Говорят, что у отца твоего больше полумиллиона задолженность по кредитам! Хотят дом у старика твоего отжать! Прессовали его, гады! Избить хотели! Но мужики наши на защиту встали. Отвадили выродков. Только...
— Только что? — ни жива ни мертва, прохрипела я.
— Надолго ли, Настя?
О боже...
Глава 7 - Грубиянка
Настя
Все воскресенье и половину понедельника я пыталась суматошно и с пеной у рта найти выход из той эпической задницы, в которую мы угодили вместе с отцом. Ибо найти деньги на его содержание — это одно. А вернуть еще почти полмиллиона заемных средства — это совсем другой коленкор.
Потому что внезапно оказалось, что деньги мой недальновидный папаша взял далеко не у соседа. А в микрофинансовой организации, в той самой, где проценты за просрочку начислялись не за месяц, а за каждый божий день.
Плюс пеня.
Вы, наверное, спросите, как все это вышло? Я сама толком не поняла, ибо сколько бы ни подсчитывала в уме суммы по задолженности, дебет с кредитом у меня упорно не бился. Но теть Люся что-то лопотала, будто отец взял сначала одну сумму, но не успел ее погасить в срок, так как ему задержали зарплату. А там уже набежало сверху нехило. Чтобы закрыть первый долг, он взял еще два займа. Но погасить ничего не успел, так как его настиг инсульт.
Вот и получалась простая, но ужасающая арифметика.
Естественно, я уточнила, за те две последние суммы, где они и можно ли ими временно прикрыться. Но теть Люся лишь развела руками, признавшись, что на счетах отца давно гуляет ветер. И куда, что подевалось? То неведомо...
Да и у папы получить хоть какое-то объяснение по данному вопросу не вышло. Он лишь что-то невнятно мычал в трубку и бормотал несвязно. А потом и вовсе расплакался.
И я вместе с ним.
Вывод? Ну, нас можно было «поздравить». Потому что это был уже какой-то запредельный ужас, и мы в него со свистом залетели, буксуя и не понимая, что делать дальше!
Разумеется, я попыталась что-то предпринять. Сама попробовала взять кредит, чтобы перекрыть эти ужасные финансовые дыры. Вот только ни один уважающий себя банк не хотел связываться с жалкой студенткой, у которой ко всему прочему никакой кредитной истории не имелось.