Но ему это как будто бы только нравилось...
— Кошка моя дикая, — простонал он мне в рот и снова принялся его насиловать, сгребая мои волосы на затылке и оттягивая их назад так, чтобы открыть меня перед ним всю.
Боже!
Мне казалось, что еще немного и я просто сойду с ума! Клацнула зубами, пытаясь откусить ему язык к чертовой матери, но Сергей только хрипло рассмеялся. А затем прервал атаку на мой рот. И переключился на шею.
И лучше бы он этого не делал.
Потому что он влажной огненной дорожкой прошелся по тонкой коже, оставляя на ней ожоги. А затем припал к тому местечку, где повыше ключицы оголтело билась венка. И все это, пока одна его ладонь уверенно поползла вниз, накрывая мою грудь и проверяя ее на тяжесть.
Стиснула ее.
А затем через тонкую ткань футболки и лифа сжала пальцами сосок до легкой боли.
Именно на этом месте я и всхлипнула. Не сдержалась. И скатилась в настоящую, уже ничем не прикрытую истерику.
— Сергей, не надо! Пожалуйста! Отпустите! Я очень вас прошу! Хватит! — на последних словах я все-таки сорвалась в жалобный скулеж, ощущая, как зубы мужчины прихватили кожу на шее и втянули ее в себя.
Через секунду с характерным звуком отпустили ее.
А затем и его исковерканный хрипотцой голос вдарил мне по барабанным перепонкам:
— Вот теперь хватит.
Зашипел. Последний раз лизнул по губам. А потом наконец-то отпустил мои волосы и меня саму, насмешливо и с каким-то издевательским безразличием смотря на то, как я брезгливо принялась вытирать губы и шею, с обвинением и укором глядя на него.
— Так вот, за какой благодарностью вы меня сюда усадили, да? — рявкнула я, ненавидя его всей душой.
Но ему было в высшей степени плевать на мои печали.
Он лишь легко пожал плечами и припечатал:
— Да.
И все.
Облизывался, смакуя мой вкус. Сканировал меня чумным, влажным взглядом. И радовался тому, что унизил меня.
Мерзавец!
Сукин сын!
— Выпусти меня отсюда! — повелительно гаркнула я, понимая совершенно четко, что если он не подчинится, то лишится глаз. Я их выцарапаю!
— О, видишь, как тебя пробрало, Настенька! Мы наконец-то перешли на ты! Я так рад...
Рассмеялся. А затем все-таки потянулся и нажал кнопку, после чего раздался характерный щелчок, и моя дверь наконец-то открылась. Я тут же без дополнительных расшаркиваний дернула на себя ручку и вывалилась из салона, со всей дури хлопая дверцей, и уж было врубила пятую космическую, чтобы поскорее смыться отсюда куда подальше, но услышала окрик.
— Настя!
Поворачиваться к нему даже и не думала. Но вот рука сама взметнулась вверх, демонстрируя ему мой средний палец во всей красе.
Да только Сергею и на это было глубоко фиолетово. Едкие, не обремененные сожалением и пропитанные самодовольством слова прилетели мне в спину:
— Шею от Максимки прячь, Настюш. А то неловко получится.
Ублюдок!
Но я даже не дернулась. Задрала голову выше и упорно пошагала вперед, чувствуя, как бомбардировал спину тяжелый взгляд янтарных глаз хищника.
Дура!
Отблагодарить хотела? Ну, так вот — получи и распишись!
Глава 9 – Воздыхатель 90-го уровня
Настя
Когда Свет-Ясно-Солнышко-Сереженька начал отжигать?
Так сразу же! И не отходя от кассы.
Стоило мне лишь до общежития добраться, помыться после смены, на три раза почистить зубы после мерзкого насилия и поужинать, как мне на телефон поступил звонок от нашего коменданта: суровой и властной бабуленции, которую звали не иначе как Дейенерис за ее длинные белоснежные косы, что она любила укладывать короной на своей макушке.
В миру — Мария Антоновна.
— Алло? — приняла я вызов и глянула на часы.
Почти отбой. Может, Макс ломился, а его и не пускали?
— Куклина, спустись-ка! Тут курьер по твою душу пожаловал.
— Что? — недоуменно переспросила я, но ответом мне был лишь очередной приказ.