Ладно. С меня не убудет. Поеду. Опозорюсь и обратно вернусь. Заодно время убью до вторника, пока мне заявление подписывают. Только вот незадача...
— Нет у меня никаких платьев, — удручённо уставилась я на полупустые полки в моем отделении шифоньера. Там и хранить-то было, по сути, нечего. Так: пара заношенных до модных дырок джинсов, спортивный костюм, несколько застиранных футболок и единственный свитер, который так страшно кололся, что я предпочитала мерзнуть, чем надевать его.
Да, мы с папой жили небогато. На еду хватало, но вот на одежду, ценники на которую росли в геометрической прогрессии, не всегда получалось наскрести. Но я не жаловалась.
Зато у меня был близкий человек. И он любил меня, как родной. Это важнее.
— Я тебе свою юбку сейчас дам, — деловито закопошилась в своем тряпье Катька.
— Я в ней утону.
— На булавку подколем. На счастье! — пыхтя и чертыхаясь, выудила из шкафа нужную тряпочку подруга и победно мне улыбнулась, сдувая со лба кудрявый каштановый локон.
Спустя всего четверть часа мы с Арямкиной уже были во всеоружии. Хотя как? Это Катька была: накрасилась, как на парад, платье надела такое, что все ее роковое достоинство в декольте просачивалось, ну и, разумеется, шпильки головокружительные никто не отменял.
Прям звезда.
И я тут рядом с ней, сразу видно, что бедная родственница из Урюпинска. Ботинки дерматиновые, юбка на булавке и водолазка с чужого плеча. Шик! Блеск! Гламур!
До пункта назначения ехали на метро. А когда оказались на месте, то я чуть оробела перед пафосным, величественным зданием торгового центра, где располагался нужный нам ресторан. И тут же в, казалось бы, тысячный раз пожалела, что в принципе согласилась на подобную авантюру.
Но сдавать назад было уже поздно.
Мы прошли внутрь, с любопытством осматриваясь по сторонам и стараясь не замечать заносчивых и колючих взглядов высокоранговых посетителей этого статусного места.
Прошли сразу к лифу. Катька нажала на кнопку и металлически створки разъехались перед нами.
Но когда мы вошли вовнутрь, то закрыться они не успели.
Крепкая мужская ладонь притормозила этот процесс, а в следующее мгновение к нам присоединились двое.
Высокие. Косая сажень в плечах. В дорогих костюмах. Темноволосые. Со скучающими лицами. Один — сразу отвернулся. Второй — мазнул по мне равнодушным взглядом и уж было потерял всякий интерес.
Но уже через секунду снова ввинтился в меня своими янтарными глазищами.
Пристально!
Прищурившись.
Неторопливо и въедливо просканировал меня от макушки до пят. Совершенно беспардонно. И только тогда повернулся ко мне спиной. А я наконец-то выдохнула.
Фух, пронесло...
А тем временем лифт доставил нас до ресторана уже через несколько секунд. Катька лыбилась только чего-то, кивала на стоящих впереди нас мужчин и одними словами выговаривала мне:
— Папики.
А, очевидно, не разглядев на моем лице никакого энтузиазма по этому поводу, подняла большие пальцы вверх. Но я лишь закатила глаза и изобразила рвотный позыв. Арямкина же прыснула в кулак, а в следующее мгновение кабина остановилась и распахнула свои металлические дверцы.
Те самые папики пошагали вперед, а вскоре и вовсе скрылись из виду. И я бы, клянусь, тут же про них забыла, если бы не подруга, которую прорвало словесной диареей.
— Видела какие, а? Шикарные мужики! Вот про каких «папиков» я тебе говорила. Не про тех жирных, старых и обрюзгших от чрезмерного переедания лысых гномов, что самоутверждаются за счет тачек побольше и девчонок помоложе. А этих! Ох! Тась, ну таким самцам и отдаться можно не только ради сытого будущего. Эй, ну ты чего, не заметила, какие у них крепкие задницы под отутюженными дорогими брючинами были, а? А эти лица? Господи, как с глянцевых обложек. А рост, м-м? Высокий мужик — это же уже пятьдесят процентов к успеху у женщин. А там же еще и формы какие? Они же, считай, супермены, потому что не только бешеные бабки успевают заколачивать, но и восемь кубиков зачетного пресса прокачивать.
— А как же любовь? — показательно зевнула я.
— Ну ты и дурочка, Таська. В таких мачо-мэнов влюбляешься быстрее, чем они успеют снять с тебя трусы!
— Я тебя умоляю, избавь меня от этих сомнительных ценностей.
— Ну и, пожалуйста, — легко отмахнулась от моих слов Арямкина, — встречайся со своим нищим Максимом. По любви!
— Вот и буду.
— Вот и будь...А я себе принца найду!
Не знаю, сколько бы продолжалась наша перепалка, если бы время встречи нас не поджало, да и к нам уже вышла приветливая девушка-администратор, которая уточнила, на собеседование ли мы пожаловали, а затем нахмурилась, так как приглашена была только Катя.