«молодец»? Это похвала? Похоже, и это сказала Николина. Более драгоценных слов я не слышала.
- Я так понимаю, ты на треню?
- Да. Надеюсь, смогу позаниматься.
- Сегодня без фанатизма, ногу побереги.
Остальные две минуты разговоры пошли о моих делах в школе и повседневных привычках.
Тренировка прошла удачно, конечно, полноценной назвать нельзя, но стало легче.
После нас зал заняла Тарасенко. Когда мы встретились в коридоре, обменялись дружелюбными взглядами. Только сейчас, я поняла, что они меня ни в чём не обвиняют, а благодарят. Может мне тренироваться с ними, после полной реабилитации? Я уже хотела идти в зал, но раздался строгий голос Николиной с детской долей насмешки.
- Алёне два, поняла за что.
На лице мелькнула улыбка. Нет, мне не место на сцене. Решила я и пошла переодеваться. По коридору шла Николина.
- До свидания, - попрощалась я, но меня остановили.
- Подожди. Тебя Тарасенко звала?
- Да. Но я откажусь, - мне хотелось как можно быстрее закрыть эту тему, всё же осадок от падения остался.
- Дело твое. Но знай, что у тебя талант и много упорства, - голос слал мягче.
- Знаю, но я боюсь подвести, вы сами понимаете.
- Приди домой, сядь и спроси, чего хочешь ты. А потом уже решай, - теперь она говорила как мать своей взрослой дочери. - Давай. Жду на следующей тренировке. Только ногу сильно не насилуй, - теперь голос стал прежним – строгий но с задоринкой.
«Выбирай сердцем» - вспомнились слава Сергея Геннадиевича. Да мне нравиться, хочется - это все видят, да и я не спорю. Но наверняка, она не догадывается, что я уже выбрала её. Да и выступления на сцене не моё, слишком волнительно и много хлопот.
*
В класс прибыл новенький - Дима. Девочки, как всегда, еще до его прихода начали его «делить». Но как только на пороге появился пухлый, рыжий мальчишка ростом 160 и не очень примечательной внешности, они стали его перекидывать друг другу. Диму посадили позади меня, поэтому, на перемене у меня появился новый собеседник и по совместительству лентяй.
*
Прошло еще 2 недели. Тарасенко я так и не сказала о своем выборе. Но сегодня придется. Изнуряющая тренировка закончилась, все поспешили покинуть зал, а я, как всегда, ненадолго задержалась.
- Яночка, как ты? - ко мне подошла Тарасенко, по её выражению лица стало ясно, она рада меня видеть и надеется, что я примкну к её строю.
- Хорошо, - я постаралась сделать счастливое выражение лица, которое говорило бы – я с радостью буду с вами работать, но понимала, что мне придется говорить совершенно другие гадкие слова.
- Вижу - уже на тренировки ходишь. Ну я тебя жду в следующем году.
Вот и настал этот момент. Сердце сжалось, слезы спешили вырваться наружу. - Спасибо. Но..., - так не хотелось прощаться. Я собрать и выговорила. - Я не приду, - радостное выражение лица пропала у нас обеих. Я поняла, что надо какое-то объяснение, поэтому поспешила добавить. – Сцена, наряды, отточенные движения – это красиво, но не моё. Да и травмируюсь я довольно часто.
- Яночка, травмы у всех, а вот талант и упорство…
- Я уже всё решила, - на лице вновь появилась улыбка.
- Раз ты решила, не буду настаивать. Но знай, я тебя всегда готова и рада принять,
– Спасибо, - я опустила взгляд. Надо что-то еще сказать. Но что? Я подняла взгляд – Удачи, - сказала я, первую пришедшую мысль.
- Спасибо, Яночка, - поблагодарила она и пошла к своим девочкам.
Я смотрела на её точную фигуру и легкую походку и только сейчас заметила, что она немного прихрамывает. На глаза невольно выступили слезы, а губы сами показали непонятную улыбку.
- Это жизнь. За красотой всегда стоит боль - это цена.
Я обернулась, позади стояла Николина и смотрела на удаляющуюся Тарасенко. Её слова без всяких комментариев были мне понятны.
Я вновь покинула группу. В памяти всплыло воспоминание. Тот день, когда меня обнял Сергей Геннадиевич. И те чувства, когда ты не хочешь расставаться, но понимаешь, что так надо.
*
В бильярде вместе с классом я прекрасно провела время. Именно на таких мероприятиях я не чувствую себе чужой, но как только всё закончилось, класс вновь разделился на небольшие группы, к ни одной из которых я не относилась, поэтому шла молча позади всех, никому не мешая. Все разошлись, осталась только я и Дима.
- Почему ты решил сменить школу, - осмелилась спросить я.
- Ты разве не знаешь? – удивленно и одновременно наплевательски спросил он.
- Нет.
- Да подумали, что я учительницу обозвал.
- То есть, ты этого не делал.
- Нет конечно, - возмутился он. - Я ж не придурок какой-то.
- А учительнице говорил?