- Доброе утро, Мария. Я могу поздравить нас всех?
- С чем? А, вы про это. Конечно можете, ведь я просила, - хе, знала бы ты, что не твоя манера раговора сыграла роль в решении ректора, а я его неумение посылать незнакомых девушек, - Я ведь уже вхожу в студсовет, да?
Я смерила ее долгим взглядом. В конце концов, девушка такой внешности нужна в любой организации, одно ее присутствие будет иметь... влияние.
- Да, входишь.
- Тогда могу я попросить тебя об одном одолжении?
-Не прошло еще и минуты, а ты себе уже что-то выбиваешь. Меня лучше не злить, знаешь ли.
- Нет-нет, что ты, - Мария опустила взгляд и стала мять рукав мантии. Она выглядела действительно смущенной, - Просто... просто мне действительно нравится Эран, и я хотела бы, чтобы он ко мне проникся чувствами, а не просто желанием. Я понимаю, что на это уйдет много времени, но я на это готова. Поэтому не могла ли ты постоянно нас сталкивать по разным заданиям? Только так у меня есть возможность быть к нему ближе.
- Так вот почему ты подалась в Студсовет? Влюбить в себя нашего сердцееда, - нет, я не злилась. Цели бывают разные, и если она ради этого будет работать, то пожалуйста.
- Ну.. да, - Мария опустила глаза, - Теперь ты меня выгонишь?
- Провалишь задание - выгоню. А так влюбляй сколько хочешь.
- Спасибо, Терчик, из тебя получится великолепный руководитель, - и Мария повисла у меня на шее. Махинатор из меня получится, а не руководитель. Или не будь я Ньямо.
***
Как-то уже после исчезновения моих родителей, когда меня воспитывал Кэп, пришлось мне, одиннадцатилетней соплюшке, угонять коня. И не одного, а целых трех. Тогда с едой было совсем сложно, и Кэпу приходилось подворовывать. Мы приезжали в город, обкрадывали какую-нибудь шишку и сматывались. А тут я сплоховала. Моих коняшек украли. Мне приходилось по несколько часов ждать в назначенном месте, вот я в одном городке N и отвлеклась. Коняшки-то и тю-тю, как говорится. Пришлось за какие-то сорок минут найти нам транспорт.
Я и так тогда от мальчика не сильно отличалась, так что с этим проблем не было. Одета я была добротно, так что ни что не помешало мне с самым наглым выражением лица, на которое была способна, заявиться в самый дорогой трактир и объявить конюху, что скоро, мол, сюда подъедут мои господа, и я сама приму у них лошадей, а его я отпускаю. Конюх и смылся, на свою беду.
Откуда я узнала про господ? Так я поджидала Кэпа на крыше, чтобы блюсти ситуацию, поэтому въезжающих в южные ворота господ видела, и воров под носом - нет.
Подъехали они минут через пять. Я согнулась в самом элегантном мужском поклоне, который смогла изобразить, и с гордым видом приняла поводья. Охранник тогда еще порадовался, что предыдущего тупицу уволили. Наивный мужик был, наивный. В общем, увела я тогда троих коней.
Кэп и сейчас очень любит эту историю. За коней-то мы ведь денег выручили больше, чем он украл.
Вот и теперь у меня было схожее с детским ощущение того, что мне очень срочно нужно кое-чем обзавестись. Губозакатывателем. Для особо наглых. Потому что студенты останавливали меня в коридорах, поджидали у дома, вылавливали у аудиторий, подсаживались в столовой. Объяснялась такая активность сумасшедшим желанием мигрировать. Всех и каждого. Все были движимы одним желанием: уехать за границу. Сейчас же. Сегодня же. Светлый путь в счастливое будущее для всех лежит только через заграницу. Все мечтают уехать, была бы возможность, в то время как умные потихоньку двигаются ближе к звездам в родной стране. И почему умные такие умные и не желают работать за так?
- Все, ребят, меня достало это паломничество. Как считаете, кого брать? Стихийники закрыты, некроманты у нас Эран и Мария... Эран, не смотри так на бедную девушку, она обугливается от твоего взгляда. Так, девушки, быстро подобрали себе по напарнику. Я возьму на себя боевиков.
***
- Мальчики, привет, как настроение? Господа секретари, я обязательно буду приходить к вам на могилку и возлагать цветы на ваше бумажное надгробье.
- Типун тебе на язык, Тетра, - проворчал Герис, - просто скоро кое-кто уедет на практику, нам нужно подготовить массу бумаг.
- Ого, и кому же так повезет?
Герис показал мне язык. Я передразнила его.