Отдельной радостью стали купальни. Даже назойливое желание других анх составить компанию не портило удовольствия. Сказал бы кто дома, что банальное мытье может быть таким приятным занятием! Там было проще. Быстрый душ после смены, в общей душевой, с непременными шуточками о длине членов и форме задниц.
Здесь же… Мраморные бассейны со ступенями на разной глубине — можно плавать, можно сидеть, опершись о бортик, или даже лежать. Зоны с водой прохладной, теплой, еще более теплой и горячей. Ароматные масла и снадобья, которые добавляют в воду — для расслабления и успокоения или, наоборот, бодрости. Лин начинала день в тренировочном зале, а заканчивала — в купальнях.
Утром четвертого дня Ладуш поймал ее на лестнице. Осмотрел с ног до головы — алые шаровары из мягкой хлопковой ткани и обтягивающий грудь белый лиф были исключительно удобны для тренировки. Лин ходила бы в них и по дворцу, и по саду, потому что, кроме удобства, еще и не просвечивали. Но Ладуш, выдав ей эти вещи, объяснил: именно в таком виде анхи сераля занимались упражнениями, и никуда, кроме зала для упражнений, так ходить не следует.
Но сейчас сказал с едва заметной усмешкой:
— Успеешь еще напрыгаться. Ступай к владыке, позавтракаешь с ним. И не трать время на переодевание. Евнух ждет тебя у дверей.
— Евнух?
— Клиба, в обязанности которого входит сопровождать анх сераля, — терпеливо объяснил Ладуш.
Лин молча кивнула и спохватилась — такой ответ считался здесь вопиюще невежливым.
— Хорошо, — развернулась и побежала вниз. Отмена тренировки досады не вызвала. Было интересно, зачем она понадобилась — теперь. И слегка тревожно. Может, появились какие-то новости?
— Заходи, — кивнул владыка. Он выглядел довольным и ленивым и никуда не торопился. А на столе ждал обычный завтрак Лин — ее пристрастия здесь уже изучили. Омлет с мясом и помидорами, густо посыпанный зеленью, хлеб с сыром, кофе — владыка, выходит, заранее велел подать все это сюда. Значит, ничего срочного.
К тому же — Лин почуяла это, как только села — от него пахло. Сладко, пряно и, наверное, возбуждающе — Лалией и долгим сексом. Лин уткнулась в завтрак — хоть так скрыть внезапное смятение. Дома не раз ощущала подобные запахи, но никогда они не задевали так сильно. Тревожный сигнал — наверное, концентрация подавителей в крови упала уже почти до нижнего предела.
Лин отогнала эту мысль усилием воли. Владыка молчал, хотя его пристальный взгляд ощущался всем телом, щекотал даже не кожу, а нервы под ней. Но это не раздражало. Только хотелось поскорей доесть, потому что владыка явно не собирался нарушать молчание, пока его анха насыщается.
Кофе Лин выпила одним глотком: нетерпение будто висело в воздухе. Владыка усмехнулся, сказал, приоткрыв дверь:
— Рубашку госпоже. Быстро. — Пояснил, обернувшись: — Ты еще не привыкла к солнцу Имхары.
Лин не спрашивала, куда они идут, а владыка не говорил, просто вел по незнакомой части дворца. Только раз обернулся, сказал загадочное:
— Хочу показать тебе кое-кого.
Они вышли на залитую солнцем террасу, спустились в сад. Здесь не было ни беседок, ни фонтанов, не было, похоже, даже садовников: кусты росли так буйно, что, вздумай Лин сойти с выложенной белым камнем дорожки, продираться сквозь заросли пришлось бы с трудом. Дорожка повернула, и Лин увидела высокие крытые павильоны, раскинувшееся прямо за ними терракотово-красное, выжженное плато и такой же красноватый песок с редкими чахлыми остовами низеньких деревьев. Лин уже знала, и по рассказам владыки, и по землеописанию, что Имхару год за годом поглощала пустыня, но еще ни разу не видела ее так близко. Будто дворец владыки стоял прямо на стыке между пустыней и городом, сдерживая подступающие пески. Крошечный оазис под жгучим солнцем.
А потом Лин увидела их. Зверей. Огромные клетки, ямы, огороженные участки, резервуары с водой. Они были везде. Рыжие с черными подпалинами анкары, черные, с лоснящимися шкурами пантеры и золотистые зверогрызы. Почему-то сразу вспомнились казармы. Здесь, в отличие от них, не воняло. Вообще не пахло ничем. Только жаркий ветер впивался в лицо легкими песчинками, да чуть заметно тянуло цветами из сада.
Владыка спустился по небольшой песчаной насыпи на покрытую редкой желтоватой травой лужайку и повел Лин между павильонами, в которых суетились клибы, звенели цепи, слышалось раскатистое рычание.
— Я буду осматривать новых зверей для боев и питомника. Если захочешь, останешься, но сначала познакомлю тебя с ним.
Вошли в крайний павильон, здесь было тихо и темно, пока владыка не отодвинул загородку в задней стене, впуская солнце. Ему поклонился клиба, не в сером балахоне, как дворцовые, а в штанах из плотной кожи и такой же куртке, с руками, затянутыми толстыми перчатками по локоть.