зъелся?! Дай посмеёмся! - Посмеёмся, когда тебя будут растягивать так же, как юродивых! За работу, бездари! – закричал третий инквизитор. Дома горят. Люди выбегают на улицы. Инквизиторы бьют спасающихся граждан плетью. Всюду кровь, крики женщин и плачь детей. Приговорены все жители деревни. Приговорённые когда-то инквизицией люди должны носить жёлтый крест, нашитый на груди, означающий знак позора. Пьер Марина, священника и пастуха в одном лице, предали катары. Инквизиторы его арестовали, а что с ним дальше было – не известно. Для каждого, кто отрекался от церкви, звучали сухие, но грозные слова коварного инквизитора «Обернись или умри», которые веками будут вселять в мирных граждан страх. * * * * За трое суток кони изрядно устали. Поблизости путникам не встретился ни источник воды, ни дуб возле какого-нибудь жилого дома. Неделя выдалась тяжёлой, особенно для путников из двадцать первого века. Виной всему – магическая книга заклинаний. Чтобы раз и навсегда закрыть дверь в прошлое, необходимо придать книгу земле, но сейчас это не возможно. Иначе временной перекрёсток захлопнет ребят в ловушке навсегда. Пельсо пропела заклинание, после чего яркая солнечная погода сменилась дождливой и пасмурной. Вдалеке путники заметили движение. В их сторону приближалось семь всадников. Пост. Когда они подошли ближе ребята спрыгнули с коней и опустились на колени. Позже это оказалась дружина замка, находящегося всего в двух милях отсюда. Воины представились дозором и повели путников к принцу Фердинанду Арагонских на допрос. Оставшийся путь дозор с путниками вместе ехал рысью. Пельсо поглаживала гриву коня. Пётр наблюдал за местностью. Керсан же тем временем обдумывал визит к принцу. Холмы, поля и вновь холмы. Вдруг на расстоянии одного километра, чуть внизу, все трое заметили сторожевые башни. Дозор погнал коней в галоп. Пыль поднялась столбом под копытами десяти коней. Возле замка опустился перекидной мост и поднялась решётка, впуская иноземных гостей в людный двор. Дежурившая охрана отдала поводья коней лакеям, дождалась ребят и повела по узким коридорам замка в плоть до тронного зала. Зал оказался довольно пустым. Слева и справа ребят окружают громадные окна. По углам комнаты были расставлены рыцарские доспехи. В конце пустого зала стояли два высоких трона, на которых восседают Фердинанд и Изабелла Арагонских. Их короны облизывали солнечные лучи. Резные и острые концы корон сами напоминают лучи яркого светила. Допрос длился двадцать минут. Странников расспрашивали – откуда прибыли и почему уехали из своих земель. Пельсо за всех отвечала, что трое друзей решили отдохнуть и посмотреть мир. Принц постоянно улыбался. Керсан в голове сразу сымпровизировал образ всегда счастливого американца двадцать первого века. Пельсо заикнулась про Инквизитора, но ей никто не поверил. Сказали, что эта церковная система была в малых частях мира и недолго. Но благодаря местному календарю, ребята неожиданно для себя узнали, что попали в тысяча четыреста семьдесят восьмой год. Теперь понятно, почему стали встречаться замки вместо сараев. Путники вышли из дверей тронного зала, дождались дозорного и пошли по комнатам, где по средине стояла трёхместная кровать. Керсан и Пельсо отделились от общего друга. Над кроватью возвышался балдахин. У стены стоял комод из красного дерева с широким зеркалом, а рядом с ним шкаф. Напротив окна стоял дубовый стол со стулом. На стенах висели подсвечники с горящими свечами. Молодые люди упали в кровать, сбросили на пол одежду и утонули в лоне любви. Утром следующего дня, пока Пельсо спала, Керсан пошёл к принцу, чтобы тот распорядился выдать гостям свежих коней, но, услышав разговор, остановился возле дверей тронного зала. На приёме у принца присутствовал Папа Сикстус IV. Он рассказал о гунне, в которой говорится о создании испанской Инквизиции. Услышав странный рассказ, Керсан тут же побежал в комнату, разбудил Пельсо и друга. Вместе они вышли во двор, у лакея взяли отдохнувших коней и поскакали за ворота, притворившись дозором принца. Пройдя по мосту, ребята погнали коней в сторону леса. Друзья пытались узнать, почему так быстро покинули замок, но юноша ждал момента для объяснений. Сейчас времени нет на раздумья. За спинами послышалось конное ржание. Отряд скакал в сторону беглецов. Керсан начал читать заклинание, насылая на дозор облако чумы. Из девяти человек в живых, но с побочными эффектами, осталось трое. Отряд сгнил за живо. Троих настигла эта участь позже и болезненно. Керсан вернулся назад, подхватил меч одного из убитых и начал править им. Как только понял, что их добьёт насланная чума, подобрал ещё два меча и поскакал к друзьям. Через полчаса кратковременного пути Пельсо заметила новый дозор. Воины были одеты в кольчуги и шлема. Их кони мчались за иноземцами, вздыбив под копытами столб пыли. Через некоторое время воины поравнялись с путниками. Мечи выскользнули из ножен. Они пытались уколоть беглецов, но и мечи путников не залежались в ножнах. Дозорные боролись, как могли и не задумывались о преимуществе врага. Меч воина смачно врезался в одного из иноземцев. Он еле сдержался в седле. Керсан неумело замахнулся саблей на одного из всадников и задел его шею. Кровь брызнула в лицо. Второго всадника ударил оттоком и сбил-таки с коня. В сердце сбитого всадника вонзился меч Пельсо. Раненный Пётр погнал коня сквозь толпу дружинников – он расчищал дорогу друзьям. Трое иноземцев скрылись из виду дозорных в чаще леса. Когда суженые догнали и остановили коня раненного путника, тот был уже мёртв. Керсан и Пельсо спустили тело Петра с коня на землю, накрыли ветками и листвой, положили его саблю на взгорок и простились с другом минутой молчания. В лесу наступил вечер. Необходимо делать привал на ночлег, так как ночью легко можно затеряться в незнакомой местности. Костёр также необходим для выкуривания комаров на радиус в десять метров. Суженые спрыгнули с коней. Все начали собирать дрова для костра, благо, что Керсан вспомнил про зажигалку. Придётся потихоньку раскрывать секреты, тем более в данном случае никуда не денешься. Пельсо начала умиляться безделушки, которую она бы назвала дарами Богов. Дрова уже заготовлены для костра. Маленькая диковина чёрного окраса высунула язык небольшого пламени. Куча дров задымила, а это значит, что путники будут спасены от холода и комаров. После привала, в обеденный час путники вошли в стены ближайшего городка. Покорители миров вошли во двор церкви святого Антона. Из угла вышло пять еретиков. В конце коридора на коленях молился один из Инквизиторов. Он просил помощи у Господа. На голову надет шлем. Кинжал прикрывал левой рукой. Один из пяти изменников церкви вынул из ножен меч, висящий на стене, и замахнулся им над головой Инквизитора. Голова покатилась в сторону двора, кровью забрызгав всё место молебна, на котором минуту назад молился Инквизитор. Этот исторический момент дал начало европейскому восстанию. Путники дали шпоры коням и погнали их в галоп. Иноземцы остановились лишь у врат города, похожего на Рим. Люди вбегали внутрь города с вилами и дубинами. Путники тоже попали в этот поток ярости. Все, кто встречался в церковном одеянии, биты потоком злости и ненависти. В массе озлобленных евреев Керсан и Пельсо, будто вели пехоту по дороге смерти. Оттеснив силы церковников, путники оставили их на растерзание евреям и свернули в проулок, ведущий на рынок. Рим разрушен, а двенадцать тысяч римлян погибло. Продавец книжного лотка покупал запрещённый товар у незнакомца и ушёл, чтобы спрятать монеты. В этот момент помощник Инквизиции Коррафо находит под прилавком книгу. Путников заметили как подозрительных зевак и «проводили» в церковь, где приказали дождаться допроса. Решётка открылась. Уже кардинал Коррафо вывел путников из тюрьмы и провёл по узким коридорам церкви в широкий зал. Охрана кардинала закрыла дверь изнутри. Перед Папой римским стоял на коленях человек, который продал запрещённый товар. Папа уже заканчивал допрос. - Итак, Бальдо Липетино!? Признаётесь ли Вы в продаже запрещённых знаний? - Нет! Я вижу, как церковь относится к людям! Знания, которые даёт церковь, давно устарели! Людям необходимо познавать что-то новое! Им надо видеть мир, чтобы понять, что можно сделать, а чего нельзя! - Вы считаете себя умнее Ватикана? – спросил судья. - Да! Хотя бы потому, что я живу свободной жизнью и кормлю семью! - У Вас не хватит сил бороться с Господом! - Я люблю Господа в душе, а не в этой чёрной церкви! Она пропахла кровью и злом! Бог даровал мне жизнь и свободу действий! Вам же жизнь даровал сам Диавол! – огрызнулся Липетино. - Бросить его в темницу! Пусть подумает над своими словами! - Да, сир!.. - Ближе! – поманил путников указательным пальцем Папа. - Прошу простить, Ваше преосвященство! Трое молодых людей пойманы на торге! Они наблюдали за продажей запрещённого товара! – ответил за ребят кардинал. - Отойди, Коррафо! У них есть рот и язык, чтобы сказать за себя! - Извините, Ваше преосвященство! Люди называют меня Кероном, а это моя суженая – Пельсо! Мы провели долгое время в пыльной дороге без пищи и глотка воды! Поэтому заехали на рынок, чтобы купить ломоть хлеба и две фляжки воды! Да, мы наблюдали за продажей книг, но никто из нас не думал, что продают запрещённые знания! Я хотел подъехать и купить что-нибудь для общего развития, но нас с