— Разве вы знакомы? — удивился он и, встав, протянул Дане руку.
— Мы ведь соседи, — сказал Санду и постелил на камень газету, чтобы Дана села.
Максим, в рваной рубашке и солдатских брюках, был сегодня особенно оживлен. При появлении Даны взгляд у него посветлел, он наклонил голову в знак приветствия и даже лукаво ей подмигнул как старой знакомой. Потом, не усидев на месте, оторвался от Ромикэ и, подойдя к ней, радостно шепнул:
— Принцесса, я сегодня получу важное задание! Зря ты на меня смотришь с недоверием, так мне сказал сам товарищ Валер. Ей-богу, не вру… Вон в том свертке он принес мне пару брюк, тоже военные… Только совсем новые, как из магазина…
«Разве Валериу военный? — в очередной раз спросила себя Дана, как спрашивала всегда, когда с ним встречалась. — Рубашка военного образца… Коротко остриженные волосы… солдатские башмаки… Вот принес Максиму брюки, тоже военные. Очень возможно…»
— Товарищи, подойдите поближе, — сказал Динку и сделал знак Максиму, чтобы он сел где-нибудь и успокоился. — Времени мало, собрание будет кратким. Я собирался познакомить Лилу и Габриэля, думая, что они не знают друг друга, но теперь вижу, что все обстоит намного лучше, чем я предполагал. Они знают друг друга, но не встречались последнее время, потому что так сложились обстоятельства: Габриэль на время уезжал из города… А сейчас перейдем к повестке дня, — продолжал он тихим голосом. — Речь идет вот о чем… Вы меня слышите?
— Да…
— Если нет, то подойдите поближе, — попросил он.
— Слышим, слышим, продолжай! — ответил Ромикэ.
— Партия готовит крупные акции, — продолжал Тудор. — Мы, молодежь, должны способствовать их осуществлению. Для начала нам предстоит распространить четыре пачки листовок, отпечатанных на бумаге маленького формата, сложенных в виде самолетиков. Это задание выполнят Лила со Штефаном. Лила, — обратился он к Дане, — ты возьмешь листовки по адресу, который тебе укажет связной в четверг, в девять часов вечера. Ты, Штефан, займешься распространением этого материала, будешь приклеивать самолетики на водосточных трубах, домах, окнах, заборах — везде, где можно, на видном месте, Лила будет тебя страховать… Ну, договорились?
— Да, товарищ Валер! — сказал Максим, который был счастлив безмерно; его горячие глаза вспыхнули как угольки. Он распрямил плечи и многозначительно толкнул локтем в бок Ромикэ-боксера. Это можно было понять так: «Видишь, парень, что мне поручают? Не говори больше про меня ничего обидного… что я, мол, отсталый или еще что-нибудь в том лее духе…»
— У вас, Габриэль и Пиус, задание более ответственное, — продолжал капрал, обращаясь к Санду и Ромикэ. — Мы получили информацию Центра, что максимум через десять дней через Турну-Северин пройдет состав из семидесяти платформ, будут перебрасывать танки и немецкие машины на фронт под Яссы. Состав прибывает из Венгрии, охрана — немцы. Вы понимаете, что он должен остаться между Шимианом и Балотой…
— Как это остаться? — наивно спросил Максим, удивленно обводя взглядом присутствующих. — Он должен взлететь на воздух, товарищ Валер, как тот, помните?.. Иначе…
— Ну хорошо, пусть будет так, как ты говоришь, пусть он взлетит на воздух! — согласился капрал, и в его глазах промелькнуло восхищение этим пацаном, так горячо относящимся к делу. — Слышите, товарищи, что говорит Штефан: пусть взлетит на воздух. Поэтому операция должна быть тщательно подготовлена…
— Разумеется, — согласился Ромикэ, затягиваясь папироской. — А взрывчатка?
— Обсудим и это. Когда я сказал, что операцию нужно подготовить, я подумал, что вы должны заранее изучить все возможности, чтобы план полностью удался, естественно, в условиях максимальной безопасности. Для этого необходимо с завтрашнего дня выехать в район, изучить местность, приготовить план операции и представить его мне. Что касается взрывчатки, то об этом позабочусь я. Договорились?
— Когда представить план? — спросил Санду.
— В течение трех дней.
— Ясно!
— Это все, — шепотом заключил капрал. — Я вызвал на совещание только тех, у кого срочное задание. Очень прошу: осторожнее! Конспирация должна быть для нас железным законом…
— Не волнуйтесь, товарищ Валер, знаем мы, как себя вести, — заверил его Максим и рваным рукавом рубашки вытер нос.
— На этом мы заканчиваем, товарищи, — сказал Тудор Динку, поднимаясь с камня, на котором сидел.