- Бабушка, мои родители меня откуда-то привезли? – спрашивала Миринка.
- С чего это ты взяла? Это твои мама и папа, – удивленно отвечала бабушка.
- Они меня не любят, не верят мне, – Мирину не отпускал ее сон, она видела себя и имя ее было другим.
Бабушка успокаивала внучку.
- Мириночка - это твои мама и папа, они тебя очень любят, – Анна Николаевна обняла внучку. "Да, тяжело ей будет. Она другая, она особенная" . – думала бабушка.
Родители Мирославы не обращали внимания на переживания дочери в маленьком возрасте. Они надеялись, что ее причуды пройдут сами собой.
- Сережа, пройдут эти выдумки, она же маленькая еще, фантазёрка просто, – спокойно говорила Татьяна.
- Да и я о том же, от скуки придумывает, – подтвердил отец.
Татьяна и Сергей, безусловно любили своего ребёнка, но проявлять эмоции и чувства не могли, а может и не умели. Девочка хотела, чтобы мама ее почаще целовала и обнимала, но этого не происходило, только бабушка дарила ей ту любовь, в которой она нуждалась. Для Татьяны, дочь - просто красивая, маленькая девочка, напоминающая характером мужа.
- Мамочка, что с тобой? – спрашивала девочка, видя как мама со страдальческим вырождением лица держится за лоб.
- Ничего страшного, солнышко, просто голова разболелась. – Девочка подошла к маме и заглядывая в глаза сказала:
- Мамуличка, я помогу! – Мирра положила маме на голову свои маленькие ладошки, закрыла глазки и увидела, что темное пятно, будто черный ремень, затягивается вокруг маминой головы. Девочка попросила светлые силы помочь прогнать черноту. Она как будто на подсознании знала, что нужно делать. Татьяна почувствовала, как головная боль постепенно уходит.
- Ух ты! Как хорошо, Миринка, как ты это сделала?– восторга мамы не было границ. Она сразу поняла, что это дочка сняла боль. Ей пришлось признать, что дочь переняла способности обоих родов, её и Сергея. С тех пор мама стала присматриваться к дочке и подмечать её странности.
Сама по себе Мирослава росла очень ласковой и доброй девочкой, ее называли "солнечным зайчиком", она очень любила природу и животных, никогда не могла пройти мимо брошенной кошки или собаки, всегда пыталась пристроить их или накормить. Родители с теплотой и пониманием относились к особенностям дочери. Они старались поддерживать её любовь ко всему живому, тем более и сами любили животных.
- Мирина, что? Опять? Ну и куда нам его девать? – на пороге стояла дочь, её пальтишко и шапочка были все в снегу, а в руках она держала маленького, полосатого котенка. Он весь дрожал от страха и холода, а Мирослава прижимала его к груди стараясь отогреть.
- Мамочка, ну он же такой маленький, его мальчишки во дворе обижали, снежками закидывали! Я не могла его там оставить! А если он умрет!? – Мирра смотрела своим зелёными глазками, умоляя взглядом свою маму.
- Дочка, у нас ведь есть уже две кошки, не можем же мы всех приютить? – мама в душе улыбалась, но лицо сделала строгое, чтобы дочка прониклась ситуацией.
- Ну мамочка, я не могу его оставить на улице! – она насупила личико и отпустила взгляд на котенка, котенок сказал ,, мяф'' и сердце мамы растаяло.
- Ну что с вами делать! Заходите уже, пойдем его отмоем и накормим. Родителям такого жалостливого к животным ребенка, постоянно приходилось пристраивать брошенных животных по знакомым. В основном этим занималась бабушка Капитолина. И все же
душевного тепла от родителей ей не хватало, всё основное время они тратили на работу и личные отношения. Из-за этого девочка чувствовала себя одинокой. А бабушка Капа, сама обладая небольшими способностями, не особо помогала ей расти и учится понимать природу необычных вещей. Считала её ещё маленькой.
Миринка так и жила: делилась страхами с бабушкой Аней, а когда ее не было рядом, то пряталась под одеяло и тряслась - боялась засыпать, боялась своих видений. Ей помогала молитва, которую она выучила.
- Бабушка, мне очень страшно, что мне делать, я спать боюсь! – плакала девочка на груди у бабушки.
- Мирра, я научу тебя одной древней молитве, она испокон веков защищает наш род от нечистой силы и от всяких неприятностей – Бабушка Аня посадила Миринку напротив себя, взяла её маленькие ладошки в свои теплые, в морщинках руки, и стала учить с ней слова молитвы.