- Ты сомневаешься, что это сделал ее муж? – спрашивает отец, почти глумясь. – Доказательства явно не в его пользу.
- А мотив?
- Нам обязательно говорить об этом убийце за столом? – всхлипывает мать.
- Откуда мне знать мотив? – отец высокомерно задирает подбородок. – Данным вопросом пусть занимаются дознаватели.
- Но именно мотив всегда стоит в начале…
- Хватит!
От удара отцовского кулака со стола падает бокал и со звоном разбивается об пол.
- Хватит, Камилла! Наша семья утратила одного из ее членов, а ты так разговариваешь, словно защищаешь убийцу своей сестры! Что между вами было, пока ты была у герцога? Вы спали с ним? Ты делила ложе с мужем твоей сестры, Камилла? В этом все дело? Потому ты такая добрая к герцогу?
- Освальд! Что ты такое говоришь? – ахает мать, в ужасе закрывая пальцами рот.
- А разве не с вашего высокого благословения я туда поехала? – отвечаю, превозмогая страх. – Разве не вы сказали, что мне нужно хорошенько вжиться в роль его жены, поль до исполнения супружеских обязанностей? Разве не…
Договорить мне не дают. Звонкая пощечина заставляет меня громко закрыть рот, прикусив язык до крови. На лице отца пылают два красных пятна, словно это не он сейчас подскочил, отбросив стул назад и ударил меня, а я ему отвесила оплеуху.
Медленно кладу вилку на тарелку, отодвигаю стул и встаю.
- Сядь, мы еще не закончили! – приказывает отец.
Смотрю в его потемневшие от гнева глаза и не отвожу взгляд.
- Спасибо, но я уже наелась.
И выхожу из столовой с прямой спиной.
Глава 18
Уже перед самым сном ко мне заходит мать. Выглядит получше. Можно сказать, что как обычно. Я же, прорыдавшая почти два часа, наоборот, выгляжу не самым презентабельным образом.
Мама бросает на меня внимательный взгляд и присаживается в кресло, неподалеку от кровати. Чтобы видеть ее, мне приходится или сесть, или лечь набок. Я предпочитаю принять вертикальное положение.
- Ты что-то хотела? – спрашиваю, устав играть в молчанку.
День был нелегкий, не факт, что я смогу быстро заснуть, но просто расслабиться и полежать с закрытыми глазами – уже польза. А пока здесь родительница, я этого себе позволить не могу.
- Да. Мы с твоим отцом долго разговаривали, после того как ты ушла. Скажу сразу, я не одобряю твое подобное поведение.
Фыркаю в ответ. Это звучит настолько похоже на сестру, что мы обе замолкаем на какое-то время, погрузившись в воспоминания.
- И? – решаю поторопить маму.
- Но я понимаю, почему ты так себя ведешь. Мы все прошли через преисподнюю за последние дни. Нервы на пределе. Устали. На твои плечи легло слишком много всего. Ты справилась, насколько могла. Насколько позволял твой характер.
Хмыкаю. Типичный мамин комплемент. Одной рукой дать, а другой – тут же забрать.
- Так вот… мы с твоим отцом поговорили и приняли решение, что тебе нужно отдохнуть. Сменить обстановку. Успокоиться и перевести дух. В связи с этим, было принято решение отправить тебя на отдых к морю. Помнишь тот пансион, где мы когда-то были все вместе. Тебе там очень понравилось, насколько я помню.
- Нет. Это тебе там понравилось, а нам с Кали было скучно.
- Камилла, достаточно перечить! – мать повышает тон. – Мы пытаемся проявить заботу.
- Нет. Вы просто пытаетесь отправить меня подальше из этого города. Чтобы я не присутствовала на суде! Чтобы сидела в том скучном пансионе и не доставляла хлопот!
Замолкаю, внезапно обнаружив, что буквально кричу. В одном родители правы, нервы у меня действительно расшатались. А еще… это странно. Зачем они меня выпроваживают? Что я могу сказать? Обеспечить Эрвину алиби?
Нужно больше узнать о деле. И встретиться с герцогом.
При мысли о встрече с герцогом, сразу вспомнился его ненавидящий взгляд, который он бросил на меня, и внутри все сжалось.
Но нет, я не повторю ошибок прошлого. Тогда я отказалась от него. Но не теперь. Нет!
В голове тут же звучит язвительный голос сестры: