- Ладно. На минутку допустим, что так все и было. Но к чему тогда то письмо, которое вы оставили у родителей. Почему не выходили на связь. Вы же понимали, что они станут волноваться?
- Нет. Думала, что вполне ясно сказала, что хочу побыть одна и все обдумать. Я уже говорила – мы с Эрвином часто ссорились. Это выматывает. Я была все себя из-за нервного истощения. Мне нужны были время, тишина и одиночество, чтобы разобраться в себе.
- И как? Разобрались?
- Да. Я поняла, что все-таки люблю герцога Вальдена. И готова дать нам еще один шанс. Быть может, теперь у нас получится лучше.
- Теперь мне интересно, кто та особа, которая настолько вас с мужем ненавидит, что пошла на подобную аферу.
Пожимаю плечами. Делаю вид, что мне все равно.
- Расследовать – это ваша работа.
- Это точно. И будьте уверены, я все распутаю до последней ниточки.
- Не сомневаюсь, - говорю спокойно, хотя внутри все дрожит. И тоненький голосок былой Ками в ужасе вопит, что все пропало и я буду сидеть в камере до конца своих дней, а вот Эрвина выпустят на свободу. – А теперь можно освободить моего мужа в виду отсутствия состава преступления?
Инспектор бросает на меня внимательный взгляд. Долгий, изучающий. Не моргающий. Я выдерживаю его. С трудом. Но не опускаю голову, не прячу глаза.
- Да, ступайте в зал ожиданий, герцога выведут через несколько минут, когда он подпишет все свои бумаги и соберет вещи.
И на дрожащих ногах я выхожу из кабинета инспектора. Выйдя в коридор, приваливаюсь к стене, ловлю воздух ртом.
- Леди? – возле меня останавливается кто-то в форме, лица не вижу, все расплывается из-за застилающих глаза слез. – Вам плохо?
- Нет, - улыбаюсь дрожащими губами. – Нет. Мне хорошо.
Глава 23
В зале ожидания я просто не в состоянии сесть в кресло и спокойно сидеть. Хожу из угла в угол, игнорируя хмурые взгляды охранника, выглядывающего из своей комнатушки.
Время тянется бесконечно долго. Начинает болеть голова, сердце стучит так сильно, что я уже устала от этого грохота. Ну и желудок. Крутит-вертит, рождает тошноту и какой-то странный сосущий голод одновременно.
Когда дверь резко распахивается, я замираю. Эрвин медленно заходит в комнату, в руках – пиджак. Выглядит герцог неважно, но на то есть понятные причины. Он бросает на меня быстрый взгляд, расписывается в каких-то документах и, наконец-то, подходит ко мне.
У меня внутри все сжимается.
Эрвин останавливается в шаге. Чуть наклоняется, одной рукой приобнимает меня за талию, целует куда-то в волосы на виске. Я не могу понять, он узнал меня, или нет. Ищу глазами ответ на его лице, но оно совершенно без эмоций.
Выдыхаю. Эрвин берет меня под руку, бросает короткое прощание охране, и мы вдвоем выходим. Идем по коридору. Мужские пальцы на моей руке крепко сжаты, словно дают мне понять, чтобы я молчала. И я молчу.
До того момента, как мы выходим за ворота и садимся в экипаж. Друг напротив друга.
- Ты не Каллиста, - наконец говорит Эрвин.
- Нет, не она.
- Как тебе удалось обмануть следственные органы?
Рассказываю герцогу все. Начиная с того, как меня хотели родители отправить в пансионат и заканчивая тем, как я обнаружила артефакт, сорванный с руки сестры и приехала в тюрьму, чтобы восстановить справедливость.
Эрвин слушает молча, не перебивает, не задает вопросов. В какой-то момент мне даже кажется, что он вообще не слышит то, что я говорю. Но стоит мне замолчать, как он тут же открывает глаза и бросает на меня долгий, острый взгляд.
- Зачем ты это сделала?
- А ты не догадываешься? – спрашиваю, все еще надеясь на счастливый финал наших долгих и изматывающих отношений.
- Я устал играть в эти игры. Постоянно догадываться, додумывать, предугадывать. Я хочу простого и понятного ответа.
- Хорошо. Скажу прямо. Я сделала это ради тебя. Для тебя. И для нас.
- Нас? Разве есть мы? – Эрвин говорит с горечью. И такая же горечь возникает у меня внутри.
- Да, ты прав. Нас нет.