Глава 6
А ночью, когда я долго ворочаюсь без сна меня догоняют воспоминания. Те самые, которые я так старательно спрятала в самую глубину своей памяти, что надеялась забыть, но увы… Как мало мне оказалось нужно, чтобы все опять вспомнилось.
Мы стали встречаться в библиотеке. Раз в неделю. Много разговаривали, Эрвин иногда оставлял в особой книге то цветок для меня, то записку, однажды вложил тонкую заколку для волос с бриллиантами. Я отказалась ее принять. И мы впервые немного повздорили.
- Думаю, мне пора познакомиться с твоими родителями, - сказал он.
- Нет. Пока еще рано.
Я испугалась, что отец может запретить наши встречи. Не знаю почему, но вот такой страх терзал меня постоянно.
- Мы уже переросли тайные встречи. Я хочу определенности, - настаивал Эрвин.
- Хорошо, - согласилась я. – Я поговорю с родителями и скажу тебе, когда можно будет прийти в наш дом.
Тогда Эрвин предложил прогуляться. Обычно мы не выходили из здания библиотеки, но в тот день, видя, что он как-то непривычно молчалив, я решила, что обидела его. И согласилась недолго погулять.
Мы пошли в парк. Ели мороженое. Болтали. Не хотелось говорить о чем-то сложном и умном, поэтому рассказывали друг другу истории о детстве. Я всячески избегала упоминания о сестре. Говорила только о тех моментах, которые касались исключительно меня одну.
Эрвин рассказал о своей учебе в военной академии, друзьях и выходках, из-за которых его едва не выгнали из учебного заведения. Мы много смеялись.
А потом внезапно начался дождь. Как это часто бывает летом. Среди ясного неба и яркого солнца. Смеясь, мы побежали под деревья, чтобы укрыться от огромных, теплых капель. Я прислонилась к стволу огромного дуба и как-то неожиданно поймала горячий взгляд Эрвина на своих улыбающихся губах.
- Ты испачкалась мороженым, - сказал он.
И коснулся уголка моего рта. А когда я в ответ вздрогнула и запылала, поцеловал меня. Я никогда прежде не целовалась. И искренне верила сестре, которая сказала, что ничего приятного в этом нет. Чужой рот, чужой язык. Фу!
Оказалось, совсем не фу. Оказалось, что это вкусно. Как изысканный десерт. Нежность и восторг. Трепет губ. Горячий рот и холодная, с каплями воды кожа. Меня переполнял дикий восторг. Я хотела еще и еще. Мне нужны были эти поцелуи. Они дарили мне что-то такое… отчего все тело горело, но ярче всего пылало в центре груди.
- Ты такая сладкая, я не могу оторваться, - говорил Эрвин снова и снова.
И опять целовал. До распухших губ. До почти невыносимого зуда в груди и других, более интимных местах. И я была счастлива, что он не останавливается. Мне хотелось большего. И когда мужские губы коснулись моей шеи, я, не сдержавшись, застонала. Да! Да! Это то, что мне было нужно. Я прижалась всем телом к твердой груди Эрвина. Я горела и хотела большего. Чего именно – не знала, но просто жаждала.
- Тебе пора домой, - сказал Эрвин и первый отодвинулся.
Я же стояла, прижавшись лбом к его груди, слушая громкое биение мужского сердца.
- Да, пора, - кивала, не в силах перестать дрожать.
- Тебе холодно?
- Нет. Мне хорошо.
- Ты – чудо. Я никогда не думал, что бывают такие девушки, как ты. Пойдем, я провожу тебя…
- Нет. Я сама пойду, - отодвинулась от Эрвина. Улыбнулась зудящими губами. – Увидимся через неделю.
Я шла домой, задумавшись. Замечтавшись. Вся еще там, в парке, под деревом. Именно поэтому не заметила сестру и не сразу услышала, что она меня окликает.
- Ками!
Вздрогнула, испугавшись. Обернулась.
- Кали? Ты откуда здесь?
- Вышла в лавку за мылом. Думала, зайду в библиотеку, заберу тебя, и мы вместе пойдем домой. Но тебя там не было.
Пристальный взгляд сестры заставляет меня нервничать.
- Да, - пытаюсь улыбнуться, - я уже ушла. Но тут меня застал дождь, я спряталась под деревом и переждала его. А теперь вот… иду домой.
- Ты стала часто ходить в библиотеку, - говорит Каллиста между прочим.
- Да, там завезли новые книги.
- А почему не взяла домой?