Конец 13 главы. Какую же правду расскажет героиня Джеру?
Надеюсь, вам понравилась глава.
Если вам понравилась история, оцените ее ☆
Группа вк:
https://vk.com/club199420055
Глава 14
— Я редко с кем делилась своим детством. Для меня это трудно. Я не привыкла впускать кого-то в свое сердце. В большинстве случаев это оборачивается всепоглощающей болью.
— Рене, ты можешь мне доверять. — он дотронулся до моей руки. От этого по моей коже пробежали мурашки.
***
— Папа, папа, смотри. — я протянула ему нежно-голубой, сорванный мной только что, удивительной красоты цветочек.
— Рене, не сейчас.
Отец был снова пьян. После смерти матери он очень сильно изменился. Стал пить, а на его лице перестала появляться та искренняя, наполненная любовью улыбка. Но я не злилась на него за это, мне было его жаль. Мама была единственным смыслом его жизни.
Я ее плохо помню, она умерла, когда мне было 5. Но я помню её смех, запах, прикосновения. Когда она улыбалась, даже самый плохой и пасмурный день становился чем-то очень светлым и особенным. А улыбалась она всегда той самой искренней и доброй улыбкой. Которую я никогда не забуду.
Мне всегда говорили, что я очень на нее похожа. Внешность, характер. Она была такая же веселая, отважная, её смех заставлял исчезать все проблемы. На фотографиях, без которых я бы навряд ли вспомнила ее внешность, у нее были длинные светло-русые волосы, немного растрёпанные, большие голубые глаза, пухлые губы и просто чудесные веснушки.
Мы жили в деревне. В обычном, ничем не примечательном домике. Такой же как и все остальные в этой деревушке, в которой стояло ещё от силы 15 домов. Отец хотел переехать в город, чтобы дать мне образование и отправить работать в какой-нибудь офис за неплохую зарплату. Но мама была против. Она была влюблена в это место, в этот дом, бескрайние поля, цветы, пение птичек и ни с чем несравнимые закаты. Я помню, когда у папы были выходные, мы, чтобы его порадовать, утром, пока он ещё спал, вместе с мамой выходили из дома. Шли в поле, собирали огромные букеты цветов, прибегали домой и готовили завтрак. Блинчики. Для меня отдельный в форме сердца. Мама всегда говорила, что, чтобы не случилось, ее сердце всегда со мной. Она всегда будет любить меня... А потом случилось страшное. Страшный диагноз. Рак.
Я видела как мама сгорала заживо. Ее кожа уже не имела тот прежний румянец. Волосы потускнели. Но ее глаза все равно имели тот блеск, присущий только ей. Ее губы, сухие и потрескавшиеся, все равно улыбались. Ей было трудно, но все равно каждое утро она выходила на прогулку вместе со мной. Мне казалось, что погода ухудшалась вместе с маминым состоянием. Но я не теряла надежды, что она выздоровеет, что в один день я проснусь, и все станет как прежде.
***
— Малышка, подойди сюда. — меня позвала мама. Ее глаза почему-то были красные.
— Мамочка у тебя что-то случилась?
— Ты у меня такая красивая. Ты же знаешь, что я люблю тебя больше всех на свете?
— Даа, я тебя тоже. Больше всех на свете. Честно-честно. — я положила свою маленькую ладошку к себе на грудь.
Она улыбнулась.
— И запомни, когда-нибудь я превращаюсь в маленький василёк, который никогда не завянет и всегда будет с тобой.
***
— Мама, мамочка, смотри, что я нашла.— я забежала в дом, держа в ладошках маленькую бабочку жёлтого цвета.
В гостиной сидел отец.
— Пап, а где мама, я хочу ей что-то показать?
— Рене, дорогая. Мама... Она. Ее больше нет. — с этими словами папа заплакал. До этого я ни разу не видела его слезы.
Эти слова звоном отозвались у меня в голове. Я стояла и не знала, что теперь делать. Куда мне идти. И как жить дальше.
***
С этого дня отец не выпускал из рук стакана. Пил. А потом кричал на все вокруг, ругался или плакал. Его уволили с работы. Денег было очень мало.
Чтобы не видеть всего этого, я убегала в поле, пела, разговаривала с птичками. Возвращалась только вечером в надежде, что отец уже уснул.
Единственный человек, который помогал мне, это моя соседка. Старенькая бабушка лет 75. Она жила рядом с двумя своими котами. Иногда я приходила к ней, чтобы покушать, или когда отец напивался слишком сильно. Она была очень добрая, знала всю ситуацию, которая со мной произошла, и всегда помогала.
Так шли года. На следующий год после смерти матери меня отдали в местную школу, где училось всего 30 человек. Друзей там я себе так и не нашла. Пока все ходили на деревенские тусовки и общались с мальчиками, единственной моей любовью были книги. "Грозовой перевал", "Джейн Эйр", "Гордость и предубеждение", "Дневник памяти" – эти романы заставляли поверить в настоящую любовь, в искренние чувства. Несмотря на мою страсть к литературе, учиться мне не нравилось. Вся эта математика, биология... и тд. Не вызывали у меня ни малейшего интереса. Но учиться на отлично мне приходилось. Отец заставлял меня это делать, он все же хотел, чтобы я поступила в университет и приносила в нашу "семью" деньги.
Так я жила ещё несколько лет. Когда мне было 11, умерла наша соседка. Мне было очень больно. Единственный человек, которому я была не безразлична, который помогал мне несмотря ни на что. Она была мне, как родная бабушка. После этого я заново собирала себя по кусочкам. Пыталась жить дальше.
Через пару лет я пошла на свою первую работу. Мыть полы в библиотеке было, конечно, не мечтой всей моей жизни, но это позволяло мне не голодать.
***
Джер слушал с неподдельным интересом, ни разу не перебив. В его глазах я увидела понимание. На несколько секунд я замолчала, просто погрузившись в воспоминания. Сама не верю, что это все произошло со мной. Интересно, а что сейчас с отцом? Да, он был неидеальным, но я почему-то его никогда не винила в том, что он так обращался со мной. Ему тоже было больно. Как и мне. Но почему будучи ребенком я справилась с этим? Справляюсь до сих пор. Да, прошло уже 13 лет, но боль не утихает. Я вспомнила маму. Ее глаза, мягкие руки, шелковистые волосы. Ту песенку, которую он мне пела перед сном:
Твой, дочка, звонкий смех,
Дороже всех наград.
Лишь позови, прийду.
В мороз и снегопад.
К моим глазам подступили слезы. Я больше не могла просто сидеть, вскочив с места вся в слезах, я побежала в неизвестном направлении. Пошел ли за мной Джер, я уже не видела.
У меня началась истерика, ещё ни разу я не позволяла себе такого. Всегда я была "стойким солдатиком", делала вид, что мне не больно, что все равно. Я сжалаь в комочек и села на землю. Плакала потому, что мне было больно. Плакала потому, что не хотела, или просто не могла сдерживать слезы. Они лились из моих глаз непроизвольным потоком.
Джер подошёл ко мне.
Ответить я ничего не смогла, потому что не могла остановить весь свой поток эмоций. Но это и не нужно было. Джер подошёл и сел рядом.
— Рене, я просто хочу, чтобы ты знала, что я понимаю тебя. Ты не должна держать все это в себе. Когда придет время, я расскажу тебе и свою историю.
Я снова не смогла выдавить из себя ничего и просто всхлипнула. Он придвинулся ко мне ближе. И обнял. Я прижалась к нему, как маленький котенок. Уткнулись носом в его грудь. Почувствовала себя в безопасности, как будто его руки могли защитить меня от всего мира. Мы просто сидели на земле, молча смотря друг на друга. И только иногда были слышны мои всхлипывания.
Через несколько минут я наконец-то успокоилась. Рубашка Джера была мокрая от моих слез.
— П..прости. — шмыгнув, сказала я.
— Ерунда.
Мы устали и пошли обратно к лавочке. Когда мы снова сели, Джер начал говорить.
— Если ты не готова продолжить свой рассказ сейчас, я пойму. Это больно. Но иногда нужно просто выговориться.
Он был прав, после того как я это рассказала, мне стало намного легче.
— Нет, все хорошо. Я хочу продолжить.