Тетя Мария молча слушала меня. Она не проронила ни слова. Но когда я уже не могла разборчиво говорить, она подошла ко мне ближе.
— Я не так наивна. Но ты очень похожа на Элис. Очень. Обычно я прохожу мимо. Но сейчас не могу. Ненавижу своего брата, но нет смысла ненавидеть тебя. Дочку моей лучшей подруги Элис.
Я оторвала руки от лица и посмотрела на нее. Мне сказанное ей казалось какой-то сказкой.
— Значит... Вы...
Она взяла телефон в руки и сделала звонок.
— Сегодня я ухожу пораньше. Перенеси встречи на завтра. — с этими словами она положила трубку. — Ну и мой помощник уже пробил данные по тебе. Доверяй, но проверяй. — она слегка улыбнулась.
***
Прошло несколько часов. Они длились словно секунды. Раз, и я уже в другом месте.
Такси. Звонки. Разговоры...
— Дорогая, давай обсудим самое важное. Отправлять тебя к отцу было бы бесчеловечно с моей стороны. Тем более я знала, всегда знала, что он закончит так свою жизнь. В общем, ты можешь пожить в моей квартире. Я скоро оттуда съезжаю, и даже не буду тебе мешать. И тем более... Я чувствую свою вину, что так оборвала все связи. Просто когда Элис меня не послушала.. Неважно...
— А ваши дети не разозлятся за это на вас?
— На ты, дорогая. Дети, дети... Я не могу иметь детей. — она слегка улыбнулась, но ее глаза не выражали счастья, они будто потемнели на миг, показывая всю ее внутреннюю горечь.
— Ах, простите... Прости, тетя.
Так я продолжила свою жизнь у Марии. Не всегда у нас было понимание. Частые ссоры. Но тем не менее я всегда уважала ее и как-то полюбила, она стала мне родной.
Отец за все мое время обучения не выходил на связь, а прошло около двух лет. После первого нашего с ней разговора она больше никогда не спрашивала про отца, а я и не пыталась.
Помню, мои слова заставили ее помрачнеть...
***
— Папочка, папочка. — я увидела милого котенка около нашего дряхлого домика.
Мои глаза наполнились счастьем, ручки потянулись к нему. Нежно прижав к себе котенка, я сразу обрадовалась.
— Это будет мой лучший друг. Я назову тебя... Хм... Ты пушистый, тогда Пушок, — в этот момент на двор вышел отец. — Папочка, папочка. Смотриии. Я возьму его к себе.
Тогда папа был трезв, он улыбнулся и погладил меня по голове.
— Хорошо, малышка.
Мы игрались с Пушком. Я подносила его к себе и целовала его мордочку. Он смотрел на меня своими голубо-зелеными глазками, мило мяукал.
— Ауч, — котенок заигрался и чуточку царапнул меня. — Надо было назвать тебя Царапкой.
После этих слов Пушок лизнул меня и мяукнул, будто извиняясь.
— Шучу, ты все еще мой любимый Пушочек.
Но счастье длилось недолго. Через неделю с утра, когда я несла очередную порцию молока для Пушка, не нашла его.
— Пушок, Пушочек, ты где?
Я обыскала весь дом и двор, но ничего не нашла.
— Пушок...
Единственное, что обнаружила это очень пьяного отца, бормочущего ужасные слова. Вокруг него стояли пустые бутылки. В руках была недопитая стопка. Наша последняя еда в холодильнике была разбросана по полу. И почему-то штанина папы была мокрой.
Я привыкла к такой картине и могла дальше искать Пушка. Мои поиски не увенчались успехом. Я очень расстроилась и подумала, что котенок сбежал.
В утешении я пошла к своему любимому прудику. Тут как обычно светило солнышко, летали пчелки, цветочки весело поворачивались в мою сторону...
Тут у самого бережка я увидела бантик. Розовый, большой, красочный... Тот самый который я надевала на Пушка.
— А почему он здесь?
Я прижала ручки к своей груди. И подумала, что возможно Пушок нашел себе новый дом.
Я скорее побежала к своему домику. Папа уже очнулся, по его взгляду я поняла, что он трезв.
— Папочка, папочка, а Пушочек нашел себе новый дом, он оставил мне бантик. — я улыбнулась своей детской искренней улыбкой.
Лицо отца задрожало, он упал передо мной на колени, обнял и заревел.
— Прости, прости, доченька. Прости, прости меня, прости...
— За что папочка?
— Прости...
Но только к сознательному возрасту я поняла, что случилось с моим милым Пушочком...
***
После этого рассказа тетя больше ничего не спрашивала о моем отце, ей все было ясно.
***
— Так я дожила до сего дня. Моя тетя ко мне достаточно трепетно относилась. У нас не сложились с ней теплые отношения, но я правда ее люблю.
Джер ничего не сказал, но с каждым моим словом, все крепче сжимал меня.
— Прости меня. Я ничего не могу с собой поделать. Тебе опять не повезло. — он положил голову на мое плечо.
— Кажется, я привыкла, Джер. — я это сказала с улыбкой, именно так я привыкла встречать трудности на моем пути.