Я так устала от мрачных стен больницы, которые будто душили меня. Так что известие о моем новом "заточении" расстраивало. Так хотелось просто пройтись по улице, заглянуть в торговый центр, выпить кофе в своей любимой кофейне. Но я не стала бы идти наперекор Джеру, ничем хорошим это не заканчивалось. Да и здоровье надо поберечь.
В скором времени мы доехали до дома. Добрались мы до него весьма за долгое время, видимо водитель специально не набирал скорость, чтобы меня не тревожить.
Первым, что я решила сделать, позвонить Джеру. Хотела сообщить о том, что я дома. И... Увидеть его.
— Алло, Джер? — после нескольких долгих гудков, он взял трубку.
— Рене, детка, что случилось? — спросил он слегка в удивлении.
— Я приехала. И... Ты где?
— Отъехал по срочным делам. Сейчас веду собеседование с новым сотрудником, поэтому слегка неудобно говорить. Я приеду вечером и познакомлю вас.
— От вас так сладко пахнет... — меня будто молнией прошибло. Этот приторный, женский голос раздавался по ту сторону трубки.
— Рене, кажется, моя сотрудница позволяет себе лишнего. Я все объясню тебе позже. — с этими словами он положил трубку. А я не находила себе места.
Что это значит? Он же сказал собеседование... Но разве на собеседовании себя так ведут?
На мои глаза будто стали наворачиваются слезы. Я осела на пол прямо посреди коридора.
Еще немного и все это могло перерасти в истерику. Я еле сдерживала себя.
В таком плачевном состоянии меня встретила Агата, вернувшаяся из магазина.
— Рене, солнышко, что такое. — она подбежала и села на пол рядом, при этом обняв меня.
Ее теплота родного человека позволила мне отпустить свою сдержанность. От непонимания и боли я разревелась. Агата больше ничего не спрашивала, а просто обнимала и поглаживала по голове. Я вцепилась в нее изо всех сил. Родительская любовь – это то, чего мне не хватало.
Через какое-то время я пришла в себя и вытерла слезы.
— Спасибо... — я выдавила это из себя, будто отдавая каплю своих последних сил.
— У меня идея. Давай-ка, я напою тебя чаем. Как раз моя давняя знакомая занимается его изготовлением. Очень вкусный. Она меня им угостила. Хотела оставить себе, но я не тот человек, который не поделится.
Такой простой заботе я улыбнулась искренней детской улыбкой. Я была ей очень благодарная. И решила строго взять себя в руки. Пока еще ничего не известно, чтобы расплываться, как тюфяк.
***
Я ждала этого вечера, как никогда. Джер не перезвонил мне, возможно я развела ненужную драму. Но мое состояние было отнюдь не лучшим и из-за этого я не смогла сдержать себя и не видела смысла себя в этом винить.
Мое сердце ушло в пятки, когда я услышала, как дверь отворилась.
Это был Джер.
Я ожидала, что он будет один. Я наброшусь на него с распросами, он сказал, что все это ерунда, и я обниму его, нежно прижав к себе, он проведет рукой по волосам...
Но он был не один. Рядом с ним была девушка... Прежде чем описать ее в своей голове, я заметила одну деталь. Она стояла от него на приличном расстоянии, будто боясь приблизиться. Ощущение, что Джер чем-то пригрозил ей, что она не стала приближаться. Это помогло на долю процентов воспрянуть моему духу.
Мои мысли смогли логично структурироваться. Я стала осматривать девушку, ни капли не стесняясь. Хоть мой вид был удручающим. Опухшие от слез глаза, ни грамма косметики, растрёпанные волосы, домашняя, удобная одежда, милые тапочки, бледное, как у мертвеца лицо, болезненный взгляд, да и вид в целом после больницы был не лучшим. Ощущение, что я целиком состояла из одних лишь костей. Я слегка приокрыла рот, стремясь что-то сказать, но так и не сделала этого.
На удивление Джер сразу подошел ко мне и обнял. Я хотела упираться и требовать обьяснений. Но не стала... Мне было невероятно хорошо, быть вот так рядом, прижатой к нему.
— Джер...
Меня напрягал властный взгляд девушки у двери. Она будто пыталась выразить все свое презрение в своем взгляде.
— Рене, извини за сегодняшний инцидент. Это моя новая сотрудница, помощница, она будет урегулировать некоторые спорные ситуации и рассматривать возможности мирного урегулирования конфликта... Конечно, можно было бы обойтись без этого, но об этом позже. — последние слова он произнес довольно тихо.
Девушка подошла к нам ближе. Она предстала во всей своей красе. Длинные, блондинистые, собранные в хвост волосы. Острые черты лица, четкие скулы, небольшие губы, увеличенные визуально засчет помады. Прямой, злобный взгляд, он будто выражал власть над этим миром. Она была одета с иголочки. Каждая деталь одежды подчеркивала ее фигуру и делала ее выразительнее. Она протянула мне руку, как бы выражая знак дружелюбия. Сделала это она весьма элегантно и одновременно твердо.