Джер первым прервал эту переглядку и кинул пакет на кровать.
— Переодевайся. Тошно смотреть на трепье, которое на тебе.
Я ужаснулась. Такое обращение было непозволительным.
— Что? Нет...
— Я бы тоже предпочел видеть тебя без одежды. Можем рассмотреть и этот вариант.
Я поняла, что покраснела. Так ко мне раньше никто не обращался. Этот бандит рушит мои рамки приличия.
— Выйдите...
— Ты будешь отдавать мне приказы, девочка?
— Я Рене.
— Хоть дева Мария. Тебе надо слушаться меня, и тогда все будет хорошо. Ясно?
Я промолчала и опустила глаза в пол. Мое внутреннее упорство не позволяло мне сделать так, как он хочет. Я затеяла опасную игру.
Джер смотрел на меня несколько мучительных минут. А потом резко уселся рядом со мной и грубо схватил за затылок.
— Непослушная...
Этот... Этот человек, какой он человек? Зверь впился в меня грубым, животным поцелуем. Он сминал мои губы. От него веяло горьким шоколадом и чем-то еще. Это был чисто мужской запах, который вводил меня в заблуждение. Этот поцелуй был мне неприятен, но что-то внутри меня просило не давать отпор, а продолжать. Его вторая рука легла на мою грудь и смяла ее. В его движениях не было никакой нежности. Он провел этой же рукой ниже и остановился на моем бедре. После стал пошло поглаживать его, вызывая во мне что-то первобытное. Я поняла, что он играется со мной. Пытается показать, кто тут главный. Я сжала кулаки и ударила его по плечу. Но мои жалкие попытки отстраниться и вырываться были проигнорированы. Он схватил меня за руки и развел их в разные стороны, повалив на кровать.
— Любишь пожёстче? После Рамиля я покажусь тебе раем, Рене.
— Нет. Вы не так поняли...
Джер впился в мой рот, на этот раз с языком. Он делал все, что хотел. Я пыталась отбиться ногами, но у меня ничего не выходило. Наконец, он оторвался от моих губ, которые онемели от его грубых, алчных поцелуев... Он не целовал, он будто пожирал меня изнутри.
Джер стал оставлять укусы на моей шее. Это дало возможность мне дышать и говорить.
— Джер. Вас же так зовут? Послушайте, мне надо домой. Я не знаю кто вы. Я пришла работать в кафе.
— Работать в кафе? Это теперь так трах с Рамилем называется.
— Что? Я не... Отпустите. Что вы несете. Я не девушка Рамиля.
— Ну девушка это мягко сказано. Но послушай, девочка, я не верю не единому слову подстилки Рамиля. Усекла? — Джер грозно посмотрел мне в глаза. Казалось, он взглядом подчинял меня себе.
— Но я не...
— Я все сказал. — после этих слов бандит отстранился.
Это, наконец, дало мне свободу. Мысли стали проясняться. Я смогла дышать.
— Домой...
— В пакете вещи. Переодевайся. Если не сделаешь этого, будешь ходить голой. Поняла?
— Да... — я никогда не чувствовала себя так обреченно, произнося такое простое слово как "да".
Джер быстрым рывком вскочил с кровати и направился к двери.
— И да, ожидай еды. И не думай сбежать. Иначе будешь наказана. Я думаю, тебе не нужно показывать, что значит наказание.
***
Где-то через полчаса ко мне в комнату зашла женщина с подносом в руках, на вид лет пятидесяти, с собранными в пучок волосами и переднике синего цвета.
— Добрый вечер, дорогая, уже встала? — она говорила со мной с такой лёгкостью и простотой, как будто все происходящее не вызывало у нее ни одного вопроса.
— Здравствуйте, да, спасибо.
— Если что-то понадобится, обращайся. Меня зовут Агата.
— Рене. — я попыталась сказать это с улыбкой. Но у меня плохо выходило, шок от произошедшего до сих пор не покидал меня. — А где я нахожусь? — я попыталась предпринять попытки узнать хотя бы свое местоположение.
— В доме у Мистера Джерлесса, конечно.
С этими словами Агата поставила на стол поднос с едой и вышла из комнаты.
Глава 4
Джер
— Всмысле!? Я больше не собираюсь ждать. Ладно, я сам разберусь. От вас никакого толка.
— Ещё и тратить теперь свое время на этого придурка! Он ещё хуже, чем его папаша.
Я сел в машину и поехал по нужному адресу.
— Рамиль, я же тебя предупредил, у меня с должниками разговор короткий.— этот идиот невозмутимо сидел у себя за баром.
— Джер, не парься, я же сказал, деньги будут.
— Когда!? Я и так дал тебе достаточно времени.
— Ну дашь ещё, в чем проблема?
Я больше не мог слушать этот мерзкий, равнодушный тон Рамиля. С этим надо было что-то делать.
***
— Не понимает человек. Я думаю, вам предельно ясно, что от вас требуется. Не убивать, немного испугать. Долг кому-то отдавать надо. Я же все сказал.