Эти размышления оборвал звонок.
Звонил Хардвик.
— Гурни на связи.
— Чёрт побери! Это сообщение, что ты переслал с телефона Стила — может оказаться настоящим предупреждением. Или чем-то подобным. Или чем-то вовсе иным. Знаешь, откуда пришёл звонок?
— Выясним, когда заполучим телефон миссис Стил. Но почти уверен, что упрёмся в предоплаченный анонимный мобильник. Есть что-нибудь по Бекерту или Терлоку?
— Чуть больше, чем было. Попросил услугу у знакомого из штаб-квартиры NYSP, у него доступ к старым кадровым архивам — к оригинальным резюме соискателей. Заявления Бекерта и Терлока указывают на давнюю связь. Они оба учились в одной и той же военной подготовительной школе в округе Бутрис, Вирджиния. Бекерт старше Терлока на год, но школа маленькая — должны были тренироваться вместе.
— Любопытно.
— Ещё любопытнее запись в заявке Терлока: у него были неприятности с законом в той школе. «Слушание в суде по делам несовершеннолетних проводились в закрытом порядке. Объяснения заявителя, подкреплённые показаниями шерифа округа Бутрис, признаны достаточными для рассмотрения заявления». Это всё, что в примечании.
Тени стервятников снова прошли по асфальту и по заросшему травой полю.
— Хм. А у Бекерта — были какие-нибудь проблемы?
— Если и были, никто не заметил. Каждый год — первый в классе. Чист как родниковая вода округа Бутрис.
— Неплохо бы узнать, за что Терлока судили.
— Нужна была бы чертовски весомая причина, чтобы убедить судью Вирджинии открыть закрытое досье на замначальника полиции, да ещё по делам несовершеннолетних. А пока у нас никаких причин.
— Неплохо было бы их обрести.
— Для человека, который не уверен, что хочет в это ввязываться, звучишь чертовски увлечённым.
Гурни дождался, пока прогремит ещё одна колонна грузовиков:
— Кажется, одна мелочь цепляет другую — и пошло-поехало.
— Например?
— Например, отношения Клайна с Бекертом. Клайн описывает его как воплощение закона и порядка. Даже сообщил с благоговейной интонацией, что Бекерт женат на двоюродной сестре губернатора.
— И что?
— Тогда почему он не доверяет этому образцу правосудия?
— Ты так считаешь?
— Мне кажется, в подходе Бекерта к расследованию этого убийства есть нечто, что пугает Клайна.
— Как ты думаешь, что там за чертовщина?
— Понятия не имею. Может, это связано с планами Бекерта баллотироваться на пост генпрокурора?
Хардвик расхохотался.
— Что смешного?
— Только что дошло. По последним слухам, уход бывшего генпрокурора к своей небесной награде, в отеле Лас-Вегаса, оказался похабнее, чем предполагалось. Похоже, под его трёхсотфунтовой тушей оказалась проститутка.
— И какое это отношение имеет к Бекерту?
— Этот позор для бывшего генпрокурора — плюс для мистера Закон и Порядок. Новая чистая метла, чтобы выметать старое дерьмо.
Гурни на секунду задумался:
— Недавно ты говорил, что первая жена Бекерта умерла от передозировки. Есть ещё детали?
— Судебного разбирательства не было — соответственно, и открытых записей по делу. К чему, чёрт возьми, ты ведёшь?
— Не знаю. Я просто задаю вопросы.
Когда Гурни вернулся домой, первым делом заметил у грядки со спаржей жёлтый «Жук» Джеральдины Миркл. Женский смех послышался во внутреннем дворике.
Джеральдина и Мадлен согнулись пополам от смеха. Наконец Мадлен взяла себя в руки, вытерла глаза и сказала:
— Добро пожаловать домой, милый. Джерри как раз рассказывала о встрече с клиентом.
— Звучит забавно.
— О, ты даже не представляешь! — вспыхнула Джеральдина, и ликование разлилось по её круглому лицу. — Но мне уже пора. Буфорд начинает беситься, если ужин не подают вовремя.
Она встала — на удивление проворно для полной женщины — и поспешила к своему «Жуку». Уже устраиваясь за рулём, крикнула:
— Спасибо за чай, дорогая!
Заливисто рассмеявшись, она укатила.
Мадлен, поймав вопросительный взгляд Гурни, пренебрежительно махнула рукой:
— Просто немного мрачного клинического юмора. Трудно объяснить. Надо было слышать в контексте.
Она снова промокнула глаза, откашлялась и добавила:
— Я подумала, что сегодня поужинаем на улице. Воздух — просто рай.
— Меня это устраивает, — пожал он плечами.
Мадлен ушла в дом и минут через десять вернулась с кухонными ковриками, приборами и двумя большими тарелками, до краёв наполненными её любимым салатом: холодные креветки, авокадо, кубики помидоров, красный листовой латук и крошки голубого сыра.